- Тебе, наверное, интересно, что я здесь делаю, - почти что прошептал он, озираясь по сторонам, а затем вернул свой взгляд на её лицо. Непривычно притихшая девушка кивнула, отозвавшись в тон ему чуть охрипшим от волнения голосом:
- Наверное.
- Я не хотел, чтобы сегодня ночью ты одна добиралась домой. – Выдыхаемые им слова щекотали её лицо, и в груди почему-то защекотало тоже. – Тебе вообще нечего делать одной на улице ночью, как, например, сейчас. – Голос его был обеспокоенным и требовательным, как у строгого учителя, который нервничает по поводу того, что ученик не смог усвоить материал лекции. Однако синеглазый взгляд его был холоден и спокоен.
Лена удивлённо вскинула брови и одновременно почувствовала, как горячо становится в её груди от тепла, которое исходит от тесного соприкосновения с телом Фломастера. И тот факт, что куртка её была расстёгнута, ещё больше горячил её, если не тело, то сознание уж точно. Задница, будучи вдавленной в холодную стену бара, напротив, начинала подмерзать.
- Я слишком давно уже выросла из того возраста, когда мне нужна нянька, поэтому я уж как-нибудь сама решу, с кем мне добираться домой. – Она слегка прищурила глаза, чувствуя, что уверенность возвращается к ней, несмотря на обездвиженность. Кажется, этот мужчина не собирается убивать её прямо здесь и сейчас.
- А я слишком давно уже работаю в судебной медицине, чтобы насмотреться на таких вот «самостоятельных» с пробитой головой или, например, насильственной асфиксией. – Он холодно усмехнулся. Лена дёрнулась в знак возмущения и протеста, отчего он только сильнее прижал её к стене, использовав для этого ту свободную руку, которая совсем недавно затыкала ей рот.
- Что Вам от меня нужно? Отчего эта идиотская забота? И я, вообще-то тут не одна, со мной мои друзья. И совсем скоро они хватятся меня и придут сюда. – Она с вызовом посмотрела на него, а сердце её продолжало колотиться, как шальное – ведь та рука, которую он только что решил подключить к её обездвижению, легла прямо на её талию под курткой. Внизу её живота весьма некстати сжался тугой комок напряжения. Она не могла понять, что испытывает в данный момент: к ярко окрашенным страху, панике, возмущению и злости примешивался тонкий оттенок возбуждения, и это немного обескураживало.
Фломастер молчал, внимательно рассматривая её лицо в темноте двора. Его затяжное молчание вкупе с горячими сильными руками на её теле – одной поверх куртки, другой – под ней, заставили её губы весьма некстати пересохнуть. Она облизнула их и нервно сглотнула, поймав себя на страшной мысли, промелькнувшей в её распалённом мозгу.
На секунду ей показалось, что мужчина каким-то неведомым образом сумел прочесть эту мысль, и ей вдруг стало невероятно стыдно – он почему-то зажмурился и резко распахнул глаза, как будто борясь с каким-то порывом.
Что, что он хочет с ней сделать? Запугать её? Зачем? Ограбить её? Глупости, что с неё можно взять? Убить? Зачем тогда вообще он светится постоянно рядом с ней в этом баре, в университете, возле её дома? Хотя… с фру Содерберг он тоже не особо прятался. И это не помешало ей оказаться в реанимации на грани жизни и смерти.
А, может быть, изнасиловать? Пф-ф-ф… В таком случае, насильник из него так себе - слишком много прелюдий. Усмехнувшись собственному нелепому мысленному анализу, она решила всё-таки попробовать разговорить своего странного преследователя:
- Так что там у нас с мотивацией? Чем я обязана такому вниманию? Ваша жена не против того, что Вы подстерегаете молоденьких девушек-барменов то тут, то там? – Она неосознанно кивнула в сторону его левой руки, на котором ещё в начале знакомства успела заметить выдающее его с головой кольцо. И тут внезапно на неё навалилось осознание того, что выводы о его «занятости» она сделала еще до того, как узнала, что он, скорее всего, вовсе никакой не швед, а вполне даже себе русский. Неужели обручальное кольцо на его левой руке - печальный символ?
Будто в подтверждение её мыслей, мужчина тут же отвёл взгляд от её лица, внезапно отпустил её тело и отстранился, отойдя на шаг. Нахмурившись, он засунул руки в карманы пальто, а затем, шумно выдохнув в морозную темноту, бросил:
- Ты свободна, катись обратно в свой бар. – От того металла, который прозвенел в его голосе, Лена оторопела. Всё её тело обожгло холодом, как только между ней и Фломастером образовалась общепринятая в приличном обществе дистанция. Она почему-то почувствовала себя облитой ушатом ледяной воды. Её серо-зелёные глаза растерянно следили за тем, как мужчина медленно разворачивается в направлении выхода из внутреннего дворика.
- Я всё знаю о фру Содерберг. – Сама не зная, зачем, вдруг бросила она, испугавшись собственного порыва – зачем, зачем она это сделала?! Неужели настолько хотелось задержать его здесь, не дать ему уйти прямо сейчас, что она готова была рискнуть собственной безопасностью и добавить этому хищнику поводов охотиться на себя? Глупая, глупая безмозглая косуля!
Фломастер замер на полушаге. Пробыв без движения всего пару секунд, он, даже не обернувшись, торопливо зашагал прочь.
Лена, чувствуя себя полной идиоткой, дрожащими руками сомкнула края расстегнутой куртки, пытаясь согреться. Жаль, что причиной дрожи во всём её теле сейчас была вовсе не морозная погода. Развернувшись, она на негнущихся ногах посеменила к черному входу, чтобы скорее проснуться от этого страшного сна, окунувшись в беззаботные голоса друзей.
Остаток вечера она старалась придать своему внешнему виду и поведению весёлость и беззаботность, но, судя по тому, как Кристиан обеспокоенно глядел на неё, когда они поднимались домой, прикрепив велосипеды к столбикам у подъезда, ей это не очень-то удалось.
- Ты в порядке, Ленасита*? – легонько поддев её плечом, спросил черноглазый парень, испытующе глядя на подругу.
Лена, очнувшись от скомканных и путающихся мыслей, взглянула на друга и отозвалась:
- А? Да, да, в порядке. А что?
- Да просто ты странная какая-то весь вечер. – Кристиан нахмурился, чёрные брови слегка сдвинулись навстречу друг другу на его красивом смуглом лице. – То молчишь задумчиво в кофейне, от каждого звона дверного колокольчика вздрагиваешь, а сейчас вот, пока приковывала велик, всё время таращилась куда-то в небо, даже не смотрела, куда ключ втыкаешь. – Они остановились возле Ленкиной двери.
Лена, вздохнув, прикрыла глаза. Низким хрипловатым голосом она отозвалась:
- Не хочу тебе врать, Крис.
- Так не ври. – Он подошёл ближе, положив руки ей на плечи. Он видел, видел, что она чем-то сильно обеспокоена. И ему было не плевать на эту шебутную самовольную и иногда слишком дерзкую русскую девчонку – она всегда была готова прийти на помощь друзьям и никогда не оставалась равнодушной к чужим проблемам. Ей всегда было жизненно необходимо, чтобы справедливость восторжествовала, и каждый негодяй получил по заслугам. Кристиан удивлялся, почему с такой тягой к правде и наказанию виноватых она пошла учиться на международное право, а не на уголовное. Впрочем, сам он вообще пропустил сегодняшние занятия, потому что тупо спал весь день после вчерашнего рейса, ведь именно эта белобрысая девчонка не дала ему выспаться вчера своей тревожной просьбой прийти к ней в бар поздно вечером.
- Я не могу тебе сейчас ничего сказать, Крис. Я пока сама не разобралась, что именно меня беспокоит. – Лена посмотрела на него из-под длинной чёлки и слегка поджала губы. – Спасибо, что ты рядом. – Легонько улыбнулась напоследок она, чтобы не пугать друга своей тревогой.
- Конечно, рядом, куда ж я денусь, - усмехнулся Кристиан, приподняв уголок красиво очерченных губ, обрамлённых легкой тёмной щетиной. – За квартиру на год вперед уплачено. – Широко улыбнулся он, указывая взглядом наверх, где располагалось его съёмное жилище.
Лена засмеялась и, отвесив своему другу шуточный лёгкий пинок под дых и чмокнув его в щёку, бросила:
- Спокойной ночи, амиго, – и скрылась за дверью своей скромной обители.
_______________________________________________________________________________________
*сита - уменьшительно-ласкательный суффикс в испанском языке.
Дорогие читатели, не забывайте, что комментарии и нажатие кнопочки "Мне нравится" мотивируют капризную музу автора) приятного вам времени, проведенного за чтением)