— Это же так здорово! — согласилась Аня. Ей очень понравился отец Макса, и она была бы не против поболтать с ним побольше.
Максим положил торт на столик, подошел к девушке, обнял её, приподнял и закружил. Он был так рад, он был действительно счастлив в тот момент.
— А когда ты его заберешь? — поинтересовался Егор, который тоже был в комнате.
— Ну, врачи сказали, что сегодня порешают с бумагами и все такое, а завтра с утра я уже приеду за ним, — ответил Макс и поставил Аню на место.
— Это действительно здорово, Макс, я очень рад, — Егор постукал друга по плечу, улыбнулся и ушел на кухню.
— Он не показался тебе немного грустным? — спросил Макс у Ани.
— Да, что-то есть, странно, — пожала плечами девушка.
Отбросив лишние мысли в сторону, Макс и Аня распаковали торт и разрезали на несколько частей и, конечно же, сразу поставили чай. Все складывалось слишком хорошо, но, может, они это заслужили?
***
Андрей с Лерой все эти две недели жили вместе, у девушки в квартире. Лера готовила завтраки, Андрей обеды, а на ужин они обычно заказывали что-то вроде пиццы. Вечера проводили за просмотром каких-то фильмов или сериалов, они пересмотрели все сезоны «Доктора Хауса». Их совместную жизнь можно было бы назвать идеальной. Все было хорошо ровно до того дня, когда Андрей случайно увидел счастливо Макса, выходящего из больницы. Тогда его чуть ли не стошнило. Он пулей полетел домой, к Лере, и первая его фраза звучала так:
— Эта тварь еще и улыбается, — сказал он и сжал кулаки покрепче.
— Тише, Андрей, тише, — Лера испугалась. Она всегда боялась, когда парня наполняла такая ярость. — Нам нужно придерживаться плана.
— Ты права, — улыбнулся парень. Но девушке от этого легче не стало. Она чувствовала, что он что-то задумал, но не могла догадаться что именно.
В тот момент Лере хотелось позвонить или написать Максу, предупредить его, что есть опасность, но сделай она это, все сразу раскрылось бы, и её план проникновения был бы испорчен. Она воздержалась. Но потом об этом сильно пожалела…
***
Егор боялся. Не то, чтобы он был не рад за Макса, просто все это зашло слишком далеко. Старицкий, кажется, совсем не задумывался о том, что подумает его отец, когда приехав сюда, увидит Аню. Когда поймет, что она здесь живет. Ведь Аня еще дитя, пусть и смышленая не по годам, но все же, у неё ведь есть свой дом, своя семья, и Сергей Николаевич обязательно заподозрит что-то неладное. Да любой человек, который находится в своем уме, понял бы, что тут что-то не так. Если бы Аня только попросила Егора, он бы сразу ей помог, почему она молчит? Ведь все могло быть иначе.
Мужчина стоял в саду, единственном месте, где можно было спокойно подумать обо всем, и куда практически никто не ходил, разве что Даня иногда забегал, но так, просто поиграть. В это время года здесь было очень красиво, изобилие зеленого цвета: листья деревьев, трава, различные цветы. Тут были лавочки, кованные из метала, ножки которых оплетали железные розы. Егор делал их на заказ, розы — любимые цветы матери Даниила. Правда, она этих произведений искусства не видела. Мужчина давно о ней не слышал, а ведь она была его, можно сказать, первой любовью, настоящей любовью. Тогда молодому парню казалось, что это навсегда, навечно, но, к сожалению, жизнь полна сюрпризов. И одним из них стал его сын. Но не было ни единого дня, когда бы мужчина пожалел о том, что Даня появился на свет. Любовь к ребенку дороже любой другой любви, существующей в этом мире. И именно поэтому Егор бы помог Ане сбежать, ведь где-то у неё есть мать и отец, которые любят её и ждут, пусть в разных местах. Максиму этого не понять, ведь он сам еще слишком юн, а вот его отец — это другое дело. Поэтому Егор не совсем обрадовался, когда узнал, что Сергея Николаевича можно забрать из больницы. Только как это все до Старицкого донести?
— Я заметила, что ты часто приходишь сюда, — девичий голос вывел мужчину из омута мыслей.
— Да, здесь спокойно, — ответил Егор, даже не обернувшись, он ведь прекрасно знал, кто к нему обращается.
— Ты думаешь, что Сергей Николаевич все поймет, да? — Аня подошла ближе и положила руку мужчине на плечо. — Но Макс так счастлив…
Егор ничего не ответил. Было трудно. Трудно сказать Максу, что нужно либо не привозить отца, либо вернуть Аню домой, трудно разрушать чужие надежды, трудно вправлять кому-то мозги, трудно делать кому-то больно. Трудно. Трудно. Трудно. Он не имеет права.