- Тебе нравится?!
Злость в глазах Фрэнка, которые выделялись через прорезы в маске клоуна, имела свойство огня. Она способна испепелить не только душу Мелиссы, но и этот сырой подвал, что стал местом для насилия и издевательства, любви и красоты. Капельки пота стекали по ножкам девушки, обрисовывая контурами красные отметины от ударов. Но Мелисса продолжала молчать. Фрэнк начал стонать, чувствуя, как оргазм, в котором он захлебнется, подходит все ближе, его руки сильнее сжимали тело девушки.
- Еще! Еще!
Фрэнк резко развернул Мелиссу к себе лицом и отвесил девушке сильную пощечину. Впервые за все время с уст прекрасной леди сорвался звук. Это был шум боли и страданий. Парень очень сильно надавил на плечо девушки так, что та, хоть и сама не хотела, опустилась на колени перед мучителем.
- Открой рот! – грубо приказал Фрэнк, вновь ударив пощечину – Быстрее!
Мелисса медленно открыла свои уста и почувствовала, как детородный орган парня врезался в ее горло. Глаза Макса расширились еще сильнее. Он видел, как его «друг» двумя руками сильно сжимал волосы девушки, насаживая ее ротик на свою плоть, чтобы получить невероятное удовольствие. Макс даже слышал, как Мелисса давится, а слюни из ее пасти падают на грудь, смешиваясь со слезами. Еще немного, одно мгновение. Сильные стоны, и не рожденные дети Фрэнка упали на лицо прекрасной пленницы.
- Хорошая сука – похвалил парень – Тебе понравилось?
Девушка не ответила, она лишь старалась стереть с лица следы, слезы. Мелисса молчала, виновато опустив голову. Фрэнк подтянул штаны, улыбаясь во всю свою мерзкую пасть. Он еще немного потрогал груди, шею, а затем, слегка потрепав девушку за щечку, что-то прошептал ей на ушко и скрылся за дверью сырой темницы.
Макс в страхе отбросил камеру. Нет, это не было тем ужасом, что испытывают шахтеры, заваленные в мрачных помещениях глубоко под землей. Смешанное чувство вины и страха, возбуждения и совести. Нечто, что не может передать человеческая мысль. Это ощущение, неподвластное пикам вооруженных солдат, науке с ее тончайшими элементами и гипотезами. Что-то совершенно другое. Возбуждение бежало по телу, а в памяти всплывали картины детства, смешанные с новыми эпизодами, что показал плазменный экран камеры. На коже появлялись мурашки, словно горящий муравейник, из которого трусливо убегают его жители. Глаза Макса наполнялись слезами, будто котлы ада впитывают в себя грешников, чтобы до скончания веков варить их в кипящей воде из крови и желчи. Великолепие момента непостижимо человеческому разуму, и лишь Макс старался собрать в себя детали механизма. Но даже парень не мог понять, почему едкая боль пронзает его организм. Неужели у него появились чувства, впервые за столько лет. Он не помнил, когда умерла София. Казалось, она уходила каждые полгода, чтобы вновь вернуться. Поставить на место то чувство страданий, памяти. И теперь Макс ощущал что-то к той девушке, которая находится глубоко внутри темного подвала. Это не давало покоя. Он вновь пересмотрел запись, но не нашел ничего нового. Лишь еще больше возбуждения. Так странно.
Получив удовольствие привычным для себя способом в пределах ванной комнаты, Макс взял со стола старый фотоаппарат и отправился в подвал. Ему необходимо увидеть Мелиссу прямо сейчас, чтобы прижать к себе и пообещать, что пережитое ею в эту ночь никогда больше не повториться. Он не позволит Фрэнку переступить порог подвала любой ценой. Ни сегодня, ни завтра, никогда!
- Прости меня – едва переступив порог подвала, произнес Макс
- Посмотрел фильм?
Мелисса едва выдавливала слова, пропуская их сквозь фильтр слез и всхлипов. Девушка была очень напугана. Боль протекала по ее телу, стараясь попасть в образок сердца, чтобы в считанные секунды наказать безвольную пленницу, стерев с ее лица последние капли жизни. Макс медленно приблизился к девушке. Парень молчал, ему было стыдно что-либо говорить. Наверное, он и не сможет. Казалось, словно совершенный алгоритм, что написали в компьютерных университетах, призванных заражать людей информацией, не давал открыть уста, запирая их на механический замок разума.
- Посмотрел фильм? – Мелисса повторила свой вопрос
- Да – тихо ответил Макс
- Понравилось?
В голосе Мелиссы пробежали нотки насмешки, иронии. Парень даже не смог понять этот тембр. Что-то неизведанное, новое, не такое, как обычный диалог.