Макс попробовал отвернуться от Мелиссы, чтобы скрыть слезы, которые выписывали моря на впавших щеках, но девушка сильно держала его за руку. Всего лишь момент. Эта авария взглядов, коллапс глаз, где рушатся все чувства, боль и память умирают в мучениях, чтобы усталые уста смогли выдавить из себя страдания, выблевать их на грязный бетон. Макс даже слышал, как сильно заскрипели тормоза в голове, словно от машины. Бум! Удар! Глаза в глаза! Мгновение превосходства, момент истинной веры! Мелисса не отпускала его руку, а в ее зрачках читался ужас, способный напугать маленького ребенка, напугать бывалого фантаста или мстительного призрака!
- Прошу, не уходи – прошептала девушка
- Почему?
- Я хочу услышать твою историю, познать тебя. Ведь за маской психопата скрывается тот самый лучик доброты. Я вижу это
- Нет – глаза Макса покрывали слезы
- Поверь мне, милый. Слышишь?
Слова Мелиссы, как лечебный бальзам на открытый перелом. Словно нано технологии, способные залечить любой фрагмент надорванных связок. Эти слова, будто огромный шаг науки, которая стремиться пробить человеческие болезни, чтобы создать поколение людей без ссадин, царапин, изъянов, уродства, вечных обитателей голубой планеты. Макс закрыл глаза.
- Дверь в комнату Виктории была открыта. Она спала. Такая живая, но уже на ее теле просматривались кровавые пятна болезни – парень сделал глубокий вдох – Она мирно спала. Такая совершенная, будто сами боги хранили ее покой, чтобы ночь не пробралась в ее душу. Я мог часами смотреть, как она спит. Ребенок – результат союза прекрасного и уродства. Наше дите, способное принести счастье и успокоение. Наш мертвый плод!
Макс еще сильнее сжал веки.
- Этот красивый вокал, что раздавался из нашей спальни – саундтрек драмы. Музыка, которая до сих пор сидит где-то внутри моей головы. Она не дает мне покоя. Я не могу забыть те слова, те ноты, что образовывали этот смертоносный танец. Думаешь, мой разум знал, что я увижу, когда открою дверь?
Мелисса молчала, впитывая каждый миг рассказа. Она держала Макса за руку, поглаживая его грубую кожу.
- Я взялся за ручку двери, которая так странно и сильно обжигала мою ладонь. Казалось, что даже судьба старалась откинуть меня от двери, чтобы не травмировать окончательно, не покалечить мою психику, которую так долго выстраивала София – Макс проглотил тяжелую слюну, смочив ею глотку – Секунда. Я даже не поверил своим глазам. Она лежала на полу, в той легкой футболке, которую так любила. В моей футболке! Она едва закрывала ее попу, а синие ножки, в них уже не было жизни, выпрямились и заплясали в непонятных судорогах! Этот танец, вальс последних секунд, я никогда не смогу забыть! Боже!
- Я рядом, Макс!
- Она лежала на полу – слезы потекли по щекам парня – Я поспешил к ней. С потолка свисала оборванная нить. Перевернув ее к себе лицом, я хотел умереть в тот же момент! Эти синие линии на лице, красные глаза, в которых лопнули сосуды, словно их разорвало с патрона хитроумных винтовок. Кровь заляпала зрачки. Она даже не видела меня! Я чувствовал, как из Софии уходила жизнь, и ничего не смог с этим сделать! Она была так красива на фоне творящегося хаоса! Та легкая музыка хрипела с магнитофона, в такт крови, которая выплескивалась через горячий ротик прямо на шею и мои руки. Я рыдал около ее тела! Почему?! Зачем она это сделала?!
Макс был взволнован. Мелисса не говорила ни слова. Ее глаза обволакивали слезы, но она старалась сдерживать их, чтобы не показать свою слабость, свои чувства к этой шестеренке человечества, которую необходимо удалить, как раковую опухоль в голове гения.
- Что было дальше, Макс?
Но парень не слышал этого вопроса, он лишь продолжал свой рассказ, заправленный слезами и болью.
- Я сбросил нить с ее шеи. Красные полосы, в которых запеклась кровь, превращались в борозду на ее прекрасной коже. Она уже не дышала, но оставалась такой красивой, настолько великолепной, как и в первый день нашего знакомства. Эти глаза, смешанные с кровью, все так же горели страстной любовью! Тем чувством, которое она унесла с собой в могилу! Боже мой! Я не мог успокоиться! От моих всхлипов проснулась Виктория. Она долго кричала мне что-то, но я не мог уйти от тела той единственной, которая дарила мне рай! Я бы все отдал, чтобы вернуть ее! Даже свою жалкую жизнь, Мелисса!