— Пропал?
— Да, пропал. Он изменился. Ему больше не было скучно, он не тосковал. Войны, смерти, почести — всё утратило значение. Осталась только её тайна и жгучее желание её разгадать. Разгадать даже когда самой Рейны не стало.
— Получилось?
— Кто знает. — потер переносицу Бриан. — Я знаю только одно: когда наступил час смерти его бренного тела, Боги просили его вернуться, а он отказался. Остался бессмертным, блуждающим духом на земле. А если быть точнее в Каро. Там началась его история, там и была более сильная привязка.
— А теперь мы едем туда. Зачем? — прошептала Нека.
— Разумеется, чтобы его найти.
— Повторяю вопрос: зачем?
— Постараюсь объяснить. — Бриан встал и подошёл к окну и уже, глядя в окно, продолжил: — В Каро есть одно любопытнейшее течение: Кровавый Культ. Культ считающий, что Каро ущемляют и желающий повернуть время вспять, чтобы княжество, а ныне провинция снова стала Великой. Так вот, этому Кровавому культу Каро как-то удалось обнаружить дух Бога и заточить в оболочку. Дальше они стали проводить кое-какие обряды, чтобы вернуть Кроваго Бога и его жажду завоеваний, стереть всё изменения, что остались в этой сущности после Рейны. Пока безуспешно, но представь, что будет, если удастся… Какая мясорубка начнётся!
Нека нервно сглотнула, а потом спросила:
— Если вы всё это знаете, то почему действовать начали только сейчас! — взревела она.
— Как сказать… Сначала всё казалось чепухой, да и доказательств как таковых не было, да и другие дела, на тот момент более важные, захлестнули. — усмехнулся Бриан. — А когда ситуация точно приобрела свой контур, тогда действовать и стали. Сейчас культ Кровавых разогнали и за каждым, оставшимся в живых, участником тщательно следят. Но проблема осталась: оболочка с духом. Её надо срочно найти и обезвредить.
— И для этого нужна я. — констатировала Нека.
— Да. — согласился Бриан. — Ты — маг жизни и способна увидеть законы этого мироздания, нити и плетения. Значит, способно увидеть и то, что не принадлежит этому миру.
— Хорошо, но причём тут звание фаворитки? — вспомнила Нека начало разговора.
— Притом. От красивой, дорогой куклы прятать ничего не будут: наоборот, всё покажут и расскажут. И пока покровитель, то есть я, будет занят серьёзными делами, фаворитке, то есть тебе, устроят целый ряд экскурсий и других развлекательных мероприятий. Вот и ходи себе, и присматривайся. О всех странностях сообщай мне.
— А ты уверен, что оболочка именно в административном центре Каро, куда мы едем? И находится где-то в древнем дворце?
— Уверен. Ну, может быть и не в самом дворце, но точно где-то поблизости.
— Ладно, учла, пошла собираться. — встала Нека.
— Иди-иди. — донеслось от окна.
Глава 9
Поиск
Камилла Дорсэ стояла на носу корабля. Было ветрено — и длинные распущенные серебристые волосы развивались как знамя. Но девушка не замечала. Она смотрела куда-то вдаль и ждала, когда же корабль отчалит от берега. Там, где-то далеко находились новые города, новые земли, новый дом и новая жизнь… Жизнь, о которой она так долго мечтала. Там, где всё будет зависеть только от неё самой. И главное, там она точно будет никому и ничего не должна. Там не будет такого страха, не будет такого волнения, зато всё будет точно и легко, как и у других обывателей.
Но почему же тогда не отпускает чувство, что она совершает ошибку… Что об этом шаге будет жалеть…
Бред! Она так этого хотела, так стремилась… А теперь жалеет? Но о чём?! Откуда сомнения?
К ней подошёл высокий, нескладный, похожий на подростка рыжий парень.
— О чём грустишь, сестрёнка? — спросил он, аккуратно обняв за плечи.
— Честно? Не знаю. — усмехнулась Камилла. — Не понимаю.
— А поподробнее? — ответил на улыбку юноша.
— Ох, Дориан… Это сложно.
— А ты попробуй.
— Хорошо. — Камилла развернулась. — Вот смотри, ты подобрал новую мелодию, записал её и, вроде запись соответствует представлению…
— Но чего-то явно не хватает. — дополнил парень. — Ты проверяешь раз за разом, убеждаешься, что всё правильно, так и должно быть, но, всё равно, явно чувствуешь что, что-то не то.
— Вот-вот. — кивнула девушка. — Именно.
— Знаешь, знакомое состояние. — задумчиво произнес Дориан.
— И что ты тогда делаешь?