— Получилось… — облегчённо не то спросил, не то констатировал факт Драко, увидев, как эльф уложил отца на кровать. Правда, лицом вниз.
— Почти. Осталось еще немного, — пробормотал Северус, проведя диагностику и повернувшись, то же самое применил к Поттеру. Его брови удивлённо поползли вверх. Видимо крёстный не ожидал, что гриффиндорец после всего, останется стоять на ногах. Правда, последнее, несколько сомнительно, потому что до сих пор обе руки Драко были у Поттера на талии, удерживая того в вертикальном положении.
— Поттер, как вы себя чувствуете? — Северус вопросительно взглянул на Драко, явно намекая, что стоило бы уже отпустить гриффиндорца.
— Нормально. Правда, Малфой слишком сильно сжимает меня в своих объятьях, дышать трудно, — прошептал Поттер, и Драко раздраженно зашипев, резко отпрянул.
— Да, если бы не я, ты… — начал он, чувствуя непонятную злость, но Поттер обернулся и усталая улыбка, скользнувшая по бледным губам, заставила Драко подавиться словами.
— Спасибо, что не дал мне загреметь носом в… — Поттер скривился и его передёрнуло.
Гарри чувствовал слабость, но не настолько сильную, как предполагал ранее. Вспоминая жуткую боль, скручивающую его тело и жар, бегущий по венам, он содрогнулся. Не хотел бы снова такое ощутить.
— Так, Поттер, выпейте это, — Снейп протянул ему пробирку с бледно-зелёным зельем.
— Это зачем? Я и так за последние дни наглотался зелий на всю оставшуюся жизнь, — пробурчал Гарри, но зелье всё же выпил. Снейп не стал его дожидаться и подошел к кровати. Зачерпнув пальцами мазь, он принялся втирать её круговыми движениями в спину и ягодицы Люциуса. Спустя минуту остановился, немного погладил кожу, потом снова приступил к размеренному втиранию активной субстанции. Гарри сел в кресло и откинувшись на спинку, стал внимательно следить за Снейпом. Малфой подошел ближе к кровати и, облокотившись на спинку, также не спускал внимательного взгляда с рук Снейпа. Спустя несколько минут он оторвался от своего занятия и судорожно вздохнув, наклонился над ёмкостью, куда его через пару секунд вырвало. Не вставая с кресла, Гарри подал зелье, в то время как Малфой поддерживал Снейпа за плечи.
— Думаю, он уже в порядке, — наконец произнёс зельевар, восстановив дыхание, и взмахнул палочкой над Люциусом. Повернувшись к Гарри, пробормотал: — Мерлин мой, как вы выдержали… три раза? — Снейпа непроизвольно передёрнуло. — Лучше Круциатус, — буркнул он едва слышно.
— Было неприятно. Но мой организм несколько отличается от вашего. Всё-таки я лекарь от природы. И кроме того, эльфы имеют иммунитет к ядам, — Гарри пожал плечами.
На самом деле это было ужасно, но он ни за что в этом не признается. Последующие несколько минут Снейп и Шотте сновали туда-сюда, таская какие-то зелья из лаборатории, спаивая их Люциусу, хотя видок у самого Снейпа был ещё тот. За прошедшие шесть лет Гарри ни разу не видел его таким… нормальным человеком. Правда такая характеристика относилась не только к Снейпу, но и к Малфою. Всегда уложенные в стильную прическу платиновые волосы, сейчас были растрепаны, длинная челка то и дело падала на глаза, тот её с раздражением отбрасывал назад. Глаза взволнованно блестели, а на лице каких только эмоций не было: волнение и облегчение; задумчивость и недоумение, в общем Малфой выглядел…
Так, надо идти спать! Гарри тряхнул головой и поднялся с кресла. Иначе одному Мерлину известно, куда его могут завести подобные мысли. Но такое резкое перемещение тела в пространстве явно не понравилось организму и его шатнуло в сторону. Вцепившись в спинку, он зажмурился, судорожно сглатывая подкативший ком к горлу. Не хватало ещё свалиться в обморок!
— Давайте я перенесу вас, хозяин! – тихо проговорил Шотте. Гарри открыл глаза и кивнул в знак согласия. Через секунду он уже оказался в своей кровати, раздетый и укутанный в одеяло. Эльф влил в него пару зелий и Гарри даже не понял, как провалился в сон. Шотте несколько секунд стоял над кроватью и внимательно смотрел на расслабленное лицо наследника славного, но канувшего в небытие рода.
«Госпожа Августа оказалась права. Только прервав род Леруа можно было оставить в прошлом не только ошибки, совершенные наследниками рода, но и родовое проклятье легшее на их плечи после того, как один дальний предок повинуясь вспыхнувшей ярости, проклял всех потомков своей дочери, убившей мужа», — эльф вздохнул и, качая головой, неслышно исчез, чтобы мгновение спустя оказаться в лаборатории дома Блэков.
***
Постепенно затихающий гул камина и рассеивающееся в воздухе изумрудное облако — это всё, что напоминало о недавнем пребывании в кабинете директора Хогвартса Кингсли Бруствера. Восседая в своём кресле за уставленным всякой всячиной столом, Дамблдор недовольно хмурился и постукивал узловатыми пальцами по подлокотникам кресла. Весь его чётко разработанный план летел гиппогрифу под хвост! И всё из-за несносного мальчишки вздумавшего взбрыкнуть. Вообще, и раньше возвращаясь с летних каникул, Поттер был слегка упрямым, задумчивым, но очень быстро становился таким, каким он хотел его видеть. Зелье рассеянной памяти и подавление собственного Я, с завидной периодичностью подмешивалось ему в еду, начиная с первого курса. Только если тогда мальчишке хватало одного раза в год, то чем старше становился Поттер, тем чаще приходилось прибегать к зелью подавления личности. Вот ведь какой парадокс — магически, Поттер был слабоват, он сам его проверил еще в младенчестве, а силы духа и упрямства в переизбытке. Видимо благодаря им, мальчишка так преуспел в ЗОТС.
В прошлом году Дамблдор вообще было подумал, что оба зелья его собственный домовик перестал добавлять, но оказалось, что это не так. Дозу пришлось увеличить. Однако Поттер как пропадал в библиотеке, так и продолжал там сидеть с утра до ночи, отвлекаясь только на посещение уроков. Тогда он долго думал, чем бы его занять, чтобы все мысли мальчишки были направлены на Волдеморта, и решил «посветить» того в историю жизни Тёмного лорда. Для этого пришлось изрядно потрудиться, выуживая сведения из многочисленных магов, да и ему самому кое-что вспомнить пришлось. А уж сколько времени он угробил на подделывание и изменение этих самых сведений — одному Мерлину известно. Не то чтобы он боялся, что Поттер заметит подделку или неточность — он был слишком туп для этого, просто Дамблдор привык делать всё основательно. И усилия того стоили. Мальчишка такой ненавистью воспылал, особенно после того как узнал, что Том еще в шестнадцатилетнем возрасте совершил первое убийство и ни кого-нибудь, а собственного отца.
Дамблдор потянулся за очередной сладостью и когда кисло-сладкий мармелад оказался у него на языке, от удовольствия на мгновенье прикрыл глаза. Слегка причмокнув губами, он вздохнул и, откинувшись на высокую спинку кресла, сложил перед собой руки. Вообще, этим летом много его планов порушилось. И самое неприятное, он не понимал почему? А началось всё с того же Поттера. Вернее с его странного исчезновения. Смерть Эллисона, с таким трудом добившегося относительного доверия Волдеморта, оказалась неприятным сюрпризом. Теперь в стане врага у него оставалось только двое шпионов, но они были крайне ненадёжны из-за наложенного на них Империо. Снейп считал, что дискредитировал себя в глазах Волдеморта, и переубедить его не представляется возможным без раскрытия собственных карт. А на этот шаг он никогда не пойдёт.
Открытая конфронтация с Молли Уизли, враждебно настроенный Люпин — всё это выводило Дамблдора из себя. Да как у этих ничтожеств вообще повернулся язык выказывать ему свое недовольство или оспаривать принятые решения? Слава Мерлину от оборотня он избавился. Только вот что странно, Бруствер его нигде не нашел. Не съели же его, в конце концов, собственные соплеменники? А там кто их знает? Все эти отбросы общества стояли на самой низшей ступеньке развития, изучать их повадки было ниже его достоинства. Хотя первое время он пытался наладить с ними контакт и переманить на свою сторону, но разговаривать с такими как Сивый, было совершенно невозможно и Дамблдор отказался от своей затеи.
В том, что Молли или тот же Люпин стали так себя вести, он винил Поттера, который умудрился очередной раз ускользнуть из тщательно расставленной чужими руками ловушки. Эллисон был мастером своего дела. Так изящно «проговориться» и «заставить» Волдеморта действовать. Но почему так мало людей он послал за Поттером, и как мальчишке удалось угробить мастера дуэлей, каким был Эллисон? Ведь он сам его натаскивал!