Оставшееся до обеда время Гарри с друзьями провели в библиотеке. Благодаря Гермионе у него появился свиток с выдержками из книг, которые ребята всё это время изучали, выписывая необходимую информацию для написания эссе по зельям. Весь обед Рон посматривал на него и озабоченно хмурил брови.
— С кем ты сцепился-то после Слизнорта? — решив отвлечь от себя пристальное внимание друга, спросил Гарри и пригубил немного сока. Есть не хотелось. Вернее он опасался, боясь возврата неприятных ощущений. Пока мадам Помфри не пришла к окончательному решению из-за чего его тошнило, Гарри решил свести к минимуму, поглощение пищи в Большом зале.
— Да так… Нотт решил блеснуть остроумием, — буркнул Уизли в ответ, запихивая в рот огромный кусок пирога. Гермиона хмыкнула, а Невилл закашлявшись, просипел:
— Это ты его наградил огромной волосатой бородавкой на кончике носа?
— Ага. Надеюсь на другом конце она в три раза больше, — хихикнул Рон, невинно глядя на возмущенно пискнувшую Гермиону.
— Рон!
— Что такое? Между прочим, меня Джинни научила, — подмигнув Гарри, Рон ухмыльнувшись, добавил: — Продержится около месяца, так что трах… Ай! За что? — потирая затылок, обиженно протянул Уизли и мерзко захихикал.
— За пятьдесят потерянных баллов, Рон, — старательно изображая, что сердится, парировала девушка. — И за то, что ведёшь себя как ребёнок… сейчас не время для таких шуток!
— Ох, перестань! За то оскорбление… Вау! Ты же не хотела в самом деле, чтоб я ему отрезал яйц… а! — увернувшись от руки подруги и вскочив с места спросил Рон, удивлённо вытаращив глаза. — Не ожидал от тебя такой жестокости, мисс Грейнджер.
— Да я… Рональд Уизли, не желаю с тобой это обсуждать! — поджав губы, чопорно отозвалась Гермиона. — И вообще, пора на Трансфигурацию.
Посмеиваясь, ребята поднялись из-за стола и направились на выход из Большого зала.
— Занятия со слизерином… будет весело! — прошептал на ухо Гарри Рон, косясь на хмурую Гермиону.
— Научишь меня этим чарам? — попросил Поттер и хихикнул, когда услышал произнесённое Невиллом: «Меня тоже» — Теперь нужно быть осторожными, — Гарри кивнул в сторону Нотта и Крэбба. Те стояли в некотором отдалении от остальных слизеринцев, о чём-то беседовали и злобно поглядывли на толпу гриффиндорцев.
— Плевать! Даже если они наградят меня чем-то подобным, я не буду в обиде. В конце концов, пусть знают: что лезть к нам не стоит, ибо это чревато последствиями, — фыркнул в ответ Рон.
— Чем это и кого ты наградил? — встрял Симус, сверкая любопытными глазами при этом придвинувшись к Гарри поближе.
— Тем же самым, что получишь и ты, если не уберёшь от меня свои руки, — прошипел Поттер, чувствуя прикосновение ладоней к своей заднице. Что именно он сказал, никто кроме отшатнувшегося Финнигана не услышал, но увидев играющие желваки на лице друга, Рон нахмурился и, выставив плечо вперёд, оттеснил слегка побледневшего сокурсника в сторону.
Раздраженно передёрнув плечом, Гарри отрицательно качнул головой на вопрос Рона о том, что случилось. Финниган еще с шестого курса начал его жутко раздражать, но он не придавал большого значения его заигрываниям, пресекая их на корню и превращая в шутку. Но подобная вольность его сильно разозлила.
— Интересно, куда делся Малфой? — после нескольких минут наблюдений за разозлившимся другом, спросил Рон.
— В больничном крыле. Кто-то его изрядно потрепал.
— Ни фига себе! Кстати, никто кроме Крэбба не встрял в наши с Ноттом разборки. Мне даже показалось, что Паркинсон злорадно ухмыльнулась, увидев просто-таки шедевральную тёмно-бордовую с чёрной щетиной бородавку на аристократическом носу, — с радостной улыбкой закончил Рон, прежде чем они зашли в класс следом за МакГонагалл и расселись за парты.
— Добрый день, — декан Гриффиндора обвела студентов строгим взглядом, чуть дольше задержав его на Гарри. — С самого первого урока советую, серьёзно отнестись к занятиям, так как это ваш последний год и оценки, полученные на экзаменах, серьезно повлияют на ваше дальнейшее обучение. Сегодня у нас будет проверочная контрольная, — МакГонагалл взмахнула волшебной палочкой и на чистой доске появились по сорок вопросов для каждого варианта. — Доставайте пергаменты и приступайте.
***
— О, наконец-то! — вонзая зубы в зажаренную ножку цыплёнка и закатывая от удовольствия глаза, воскликнул Рон. — А то от этой жуткой контрольной, у меня разыгрался зверский аппетит.
— Можно подумать ты когда-нибудь страдал от его отсутствия, — фыркнула Джинни, потянувшись за блюдом с заливной рыбой. — Ты почему не ешь, Гарри.
— Ем, — пробурчал он в ответ, откусывая большой кусок от сочного яблока. Мда, даже в бытность жизни у Дурслей, у него не было такой строгой диеты. Зато чувствовал он себя отлично. Небольшая усталость все же присутствовала, но главное, ничего не болело. А это значило, что скорей всего он просто переел за завтраком, вот желудок и взбрыкнул.
— Мистер Поттер, после ужина директор просит вас зайти, — произнесла МакГонагалл, подходя к столу. — Надеюсь, сегодня вы чувствуете себя получше?
— Это вряд ли! — буркнул себе под нос Гарри и, кивнув, громче добавил: — Конечно, профессор.
— Пароль: «Сливочные тянучки».
— Гадость какая! — скривился Невилл, как только МакГонагалл направилась к преподавательскому столу. И в ответ на изумлённые взгляды сокурсников, пояснил: — Я в детстве несколько молочных зубов вытащил раньше времени этой дрянью! Бр, до сих помню, как было больно!
В пол уха слушая историю потери трёх зубов Невилла, и не обращая внимания на обеспокоенные взгляды Рона и Гермионы, Гарри медленно жевал яблоко, и обыгрывал сюжет встречи с директором. Он потёр виски и залпом выпил тыквенный сок.
«Чертовски длинный день»! — на мгновение, прикрыв глаза, подумал Гарри, загоняя подальше внезапно вспыхнувшее желание прямо сегодня послать Дамблдора в задницу дементора. А потом решать все возникшие проблемы. Гарри покосился на преподавательский стол: ни Дамблдора, ни МакГонагалл со Снейпом там не наблюдалось.
Видать втроём будут мозги полоскать! Гарри резко поднялся, вышел из-за стола и, кивнув друзьям, направился на выход из Большого зала. Он нисколько не сомневался, что Рон с Гермионой последуют за ним и будут держаться на расстоянии, а потом, дожидаться его недалеко от кабинета директора.
***
— Добрый вечер, профессор Дамблдор, профессор Снейп, профессор МакГонагалл, — поприветствовал собравшихся Гарри, входя в кабинет директора.
— Добрый вечер, Гарри. Присаживайся, — улыбнулся Дамблдор.
Подойдя к креслу, он устроился напротив профессоров, и вопросительно посмотрел сначала на Снейпа, потом на хмурую МакГонагалл, скользнул взглядом по портретам бывших директоров и, встретившись с тёмными глазами Блэка, наконец-то обратил своё внимание Дамблдору.
— Как ты себя чувствуешь, мой мальчик?
— Нормально, — отозвался Гарри и добавил: — Спасибо.
— Раз так, не мог бы ты ответить нам на ряд вопросов?
— Почему бы и нет, — пожал плечами Гарри, расслабляясь и откидываясь на спинку кресла. Отметив едва заметное подёргивание века директора, он улыбнулся и вздёрнул брови. Похоже, Дамблдор начинал злиться. И это чудесно. Вывести из себя старикашку, дорогого стоило.
— Во-первых, я бы хотел знать детали того, о чём написано во вчерашнем «Ежедневном пророке». И главное, правда ли это?
— Вчерашний «Пророк» не читал, но если там написано, что моя мать была чистокровной ведьмой, которую удочерили, то да, это правда. Как и то, что я принял наследие. Вернее, стало известно, что Лили Эванс не магглорожденная благодаря тому, что я принял наследие… м-м-м… как-то так.
— Понимаю… Но откуда прессе стало об этом известно? И почему ты нам об этом не сообщил? — Дамблдор нахмурился и подался вперед.
— Ну, наверно потому что я сам им об этом рассказал… м? — Гарри закинул ногу за ногу и, разгладив полы мантии, пожал плечами. — А по поводу того почему я вам не сообщил… Когда бы я это сделал? И главное, зачем, я должен был вам сообщать? Я совершеннолетний, вступивший в наследство и наследие… Глава рода. У меня слишком много дел и некогда было заниматься всякой ерундой, вроде объяснения, чего-то вам непонятного или неизвестного.