— Да, мне нравится сестра Санти. С ней было очень весело.
— А эти парни?
Я закатываю глаза за своим меню.
— Тоже друзья. Знаешь, может быть, это очень современно с моей стороны, но парни и девушки могут дружить, не встречаясь. — Я опускаю свое меню, делая ему свое лучшее фальшивое удивленное лицо.
Мой отец смотрит на меня.
— Когда-то я был моложе, парни крутились вокруг такой красивой девушки, как ты, обычно по одной причине.
Я могу обойтись без того, чтобы отец рассказывал о своих старых временах.
— Спасибо, папа. Ты меня уничтажаешь. А я-то думала, что моя яркая индивидуальность привлекает всех мальчишек во дворе. — Я покачиваю плечами и поджимаю губы.
— Пожалуйста, не сравнивай себя ни с чем во дворе. Например, никогда. Я знаком с этой песней и предпочел бы не слышать, что кому-то нужны твои молочные коктейли.
Он потирает лицо.
Я смеюсь, наслаждаясь тем, как он заводится.
— Ты сейчас звучишь очень некруто. Никто до семидесяти лет так не разговаривает. — Я похлопываю его по руке, чтобы успокоить его тревогу. — Все будет хорошо. Я обещаю. Я установила очень четкие границы. — Я провожу невидимую линию перед собой.
Я исключаю то, что считаю Лиама самым сексуальным парнем в Формуле-1. Это противоречит всему, что я установила до сих пор, включая нашу линию на песке, вокруг которой мы ходили на цыпочках в течение двух месяцев.
— В любом случае, расскажи мне об этой даме, с которой, как пишут сплетники, ты встречаешься.
Мой отец никогда не затихал так быстро, как сейчас. Дамы и господа, моя техника уклонения безупречна, настолько хороша, что юристы будут хлопать в ладоши. Его взгляд метался по меню, поглощенный выбором завтрака.
Бинго. Мой отец снова встречается с кем-то, и я хочу знать с кем.
— Не верь всему, что читаешь или слышишь, если на то пошло. — Его глаза ловят мои.
Интересные слова, исходящие от него. Я бросаю на него пристальный взгляд.
Он поднимает руки вверх в знак сдачи.
— Хорошо, я понимаю.
— Не надо инквизиции, ладно? Мне двадцать два, не скоро будет пятьдесят, и у меня не характер бабушки. Тебе не нужно так беспокоиться обо мне.
— Ты всегда будешь моей маленькой девочкой. Но я буду работать над этим, только для тебя. — Мой папа дарит мне одну из своих классических глупых улыбок.
Мы чокаемся нашими коктейлями.
Я искренне улыбаюсь.
— Я выпью за это.
Мы вместе смеемся, когда я опрокидываю свой бокал.
— Я рад, что некоторые вещи никогда не меняются. — Папа вытирает мой сок салфеткой.
— Ты знаешь, что Ниагарский водопад находится не так уж и близко отсюда? Майя говорила мне об этом, и я разочарована, что упустила эту крошечную деталь.
— Ты упустила деталь о шести часах езды? Я в шоке. — Лиам насмешливо хмыкает, прикрывая свое сердце.
Он выглядит вполне нормально в джинсах и футболке. Осмелюсь сказать, что он выглядит по-домашнему, босиком, читая книгу в кресле у кровати. Я лежу на его удобном матрасе, делая вид, что листаю свой телефон, а сама украдкой поглядываю то туда, то сюда. Каким-то образом он делает чтение сексуальным.
— Почему ты читаешь «Игру престолов»? Разве ты не можешь просто посмотреть сериал, как все остальные?
Лиам переходит к следующей странице.
— Я сделаю вид, что ты этого не говорила.
— Что такого плохого в том, что я сказала? — продолжаю я, желая отвлечься от того, что он облизывает свой палец, прежде чем перевернуть страницу.
Лиам смотрит на меня так, будто я спросила, могу ли я забрать его первенца.
— Все знают, что книги лучше, чем фильмы или телешоу.
— Кто говорит?
— Каждый, кто читает книги!
Я чувствую некоторое облегчение, когда мы с Лиамом погружаемся в нашу обычную непринужденность. Мы оба игнорируем поздний телефонный звонок прошлой недели. Ну, скорее, я игнорировала Лиама каждый раз, когда он упоминал об этом, пока он в конце концов не сдался. Оказывается, я могу уклоняться от тем, как он обгоняет машины. Слава Богу, он не может читать мои мысли. Лиам держится особняком, ведя себя как идеальный джентльмен и друг. Он дает мне именно то, что я хочу. Вот только я знаю его грязные секреты, например, как звучал его голос, когда он кончал, пока меня возбуждал.
Я возвращаюсь к разговору.
— Хорошо, значит, ты действительно любишь книги. Понятно. Значит, Ниагарский водопад действительно так далеко? Я все еще разочарована.