Помните в начале главы молодого счастливого отца, который везет жену в родильный дом?
Ему, Карпову, безымянному, просто не успели дать имя, потому что 22 июня на рассвете, когда он родился, в родильный дом попала бомба.
«…Никогда не умирает преступление, когда бы оно ни было совершено — тысячу лет назад или сегодня на рассвете»,— сказал польский писатель Стефан Жеромский задолго до войны.
Маленькое отступление. Однажды они окружали меня сразу все — миллионы! В Подольске, в архиве, в одном из огромных зданий лежат фамильные карточки. Именуется все это грустно, как стихотворная строка: «отдел безвозвратных потерь». Ни больше, ни меньше — «безвозвратных». Чувство непередаваемое — словно в огромном склепе. Никогда еще не окружало меня столько павших. Одних Ивановых целые огромные стеллажи. Дальше — на «К», «Л», «М», «Н», «О».
— Мне на «П»,— прошу я молодого капитана, и мы идем к отцу.
Это совсем короткое отступление. Короче, чем самая короткая ночь в июне.
Глава 14. Три дня войны
Десант
Летом 1982 года в Евпатории прокладывали ливневую канализацию. Ковш экскаватора вместе с землей зацепил куски матросских бушлатов, ремни, пуговицы, кости…
Выяснилось: это останки моряков, погибших в январе 1942 года. Здесь, на евпаторийском берегу, погиб целый десант! Высадившиеся с боем моряки ждали подкрепление, но оно не пришло.
…Давайте хоть один раз вернемся подробно к событиям тех лет, увидим войну — лицом к лицу, ведь до сих пор она у нас представала, в основном, только в отраженном, сегодняшнем виде.
Приоткроем одну лишь страницу войны. Эта страница — не только трагическая, но и величественная. Она показала еще раз, в который уже раз: человека, любящего свою землю, покорить нельзя. Можно спалить, выжечь пядь земли, истребить на этой малой пяди человека, но покорить его невозможно.
В этой истории слились воедино прошлое и настоящее. А в настоящем — и память, и забвение, и измена, и верность. А в итоге — все-таки верность, конечно, верность.
В ночь на 5 января 1942 года из осажденного Севастополя взяли курс на Евпаторию тральщик «Взрыватель», семь катеров-охотников и морской буксир «СП-14», на борту которых находился десант. Перед моряками стояла задача — «овладеть исходным плацдармом для наступления на Симферополь».
В последние дни декабря 1941 года удачно завершилась Керченско-Феодосийская десантная операция, были освобождены Керчь, Феодосия, Камыш-Бурун. Советские войска, овладев плацдармом на Керченском полуострове, развернули здесь новый фронт. Согласно плану командования Кавказского фронта, предполагалось перерезать все пути отхода фашистов из Крыма и затем уничтожить их. Высадка в Евпаторию должна была помочь решить эту задачу.
Нетрудно предположить состояние духа десантников, их настроение накануне операции. В успехе не сомневался никто. Меньше месяца назад немцев разгромили под Москвой. Война, казалось, вот-вот двинется обратно, на запад. «Пройдет еще немного времени,— писал домой командир тральщика В. Трясцын,— и мы добьем фашистскую гадину». Моряки даже назначали родным время встречи. «25-ю годовщину Октября встретим дома»,— обещал чекист А. Галушкин жене и дочери… В отличие от других, его, Александра Ивановича Галушкина, не достанет чужая пуля. Окруженный врагами, он застрелится сам.
За месяц до этого, в начале декабря сорок первого года, уже был высажен один короткий десант в Евпаторию. Моряки — их было совсем немного — захватили документы из полицейского и жандармского управлений, освободили из плена более ста советских граждан. Они скрылись только под утро и увели с собой двенадцать «языков». Все было проделано лихо, моряки не понесли ни единой потери, никто не был даже ранен. Уходя, разведчики на прощанье подожгли еще Пассажирскую пристань. Кто мог подумать, что через месяц она будет так нужна.
Операцией руководили два друга — командир отряда капитан В. Топчиев и батальонный комиссар У. Латышев. Оба были награждены орденами Красной Звезды. Это была разведка боем. Пролог.
В новом десанте было 740 человек. 79 коммунистов, 114 комсомольцев. Представители 17 наций и народностей страны.
Главная ударная сила — батальон морской пехоты: 533 пехотинца под командованием капитан-лейтенанта Г. Бузинова. Далее, 60 разведчиков штаба флота во главе с знакомым нам капитаном В. Топчиевым. Две оперативно-чекистские группы. Партийные и советские работники, среди них — недавний председатель Евпаторийского горисполкома Я. Цыпкин, он возвращался в родной город, чтобы снова возглавить там Советскую власть.