Блин, что-то моя бедная голова совсем забыла сказать о том, что перед уроками нас всех ожидал Дианин опрос по поводу обедов. Вот и сегодня, придя в класс, Диана спросила меня, буду ли я кушать, на что я дал положительный ответ.
— А ты спрашивала у Кости с Давидом? — поинтересовался я.
— Я не буду спрашивать у этих придурков.
— Ну ведь нужно.
— Ну, значит есть сегодня не будут.
— Диана, ну… Я, так уж и быть, спрошу, — сделав одолжение, сказал я и принялся за работу.
— А что, «сырок с кетчупом» спрашивает? — спросил Давид.
Мне стало от этого смешно, поэтому я чуть-чуть усмехнулся. Было бы неприлично и плохо умирать от смеха перед своим другом. Дело было в том, что Диана года три-четыре назад снимала на YouTube, и в одном из видео она выполняла челлендж: человек вытягивал два каких-либо продукта разных категорий и, смешивая их, съедал. И вот наши парни-одноклассники нашли это видео и теперь надоедали с ним Диане.
— Я же просто так не спрашивал бы.
— Я ем, — откликнулся Костя и добавил: — А вот ей нужно садиться на диету.
— Согласен. Я, кстати, тоже ем.
— Понятно, спасибо! — поблагодарил я, поворачиваясь к Диане. — Они едят.
Я понимал, что надолго Диану бы не хватило, смотря на такое отношение некоторых личностей. Так что появление следующего претендента на эту должность было вопросом времени. Кстати, история с заказами обедов была довольно интересная. Сначала ими занималась Кристина, у которой постоянно было полно свободного времени. Затем ей на смену пришла Настя, которая не так долго отсидела свой срок, после чего заказы неожиданно попали в руки Дианы.
Надеюсь, никто не будет против, если я не скажу ни слова о скучных занятиях, а сразу переключусь на перемену после третьего урока — время столовой. Диана с удовольствием всё съедала, несмотря на то что это могло быть что угодно. К слову, одним из недостатков первой смены, не второй, было то, что никому не было известно о сегодняшнем меню. Утром его не существовало, а появлялось оно лишь к тому времени, когда необходимо было идти уже на саму местную трапезу. Настя была таким же едком, как и я: ели всё, но не до конца; зависело от настроения и самочувствия. Кристина же вовсе разделяла блюда на съедобные и несъедобные.
— Кристина, почему ты не ешь пюре? — спросила как-то Диана.
— После того, как я отравилась одним таким школьным пюре, я больше его и не ем. В принципе, так с многими продуктами.
— Ты вообще что-нибудь ешь тут? — уточнила Настя.
— Да, макароны, и то не всегда.
— Ну вот, ешь же, — заметила Диана.
— Если я их ем, это не значит, что они мне нравятся. Те же макароны могут быть недоваренными или постными.
— Кристина, огурец будешь? — задал вопрос я, после которого мне резко стало плохо от надвигающейся порции смеха.
— Нет! — сказала Кристина, после чего я начал давиться пюре.
— Что с ним? — удивилась Диана.
— Умирает.
— Это я поняла. Отчего?
Немного собравшись с мыслями, не без улыбки я рассказал об одной истории:
— В прошлом году в какой-то поездке мы с Кристиной сели вместе в автобусе…
— Да не давись ты! — ещё больше усугубляла моё положение Кристина, не давая успокоиться хотя бы на секунду.
— В конце дня мы поехали голодные домой и решили перекусить… Я достал собойку с бутербродами и нарезанными помидорами и огурцами… Я поделился овощами с Кристиной и был доволен, что всё было съедено, пока она не достала… Не достала свою собойку со своими овощами, где были только огурцы… Не успела она её открыть… Как автобус резко затормозил, и все кусочки огурцов оказались на полу… И стали кататься по всему автобусу, возвращаясь и убегая от неё..! Я ржу, она пытается их словить… У неё не получается и она обижается на меня… А я продолжаю подыхать от смеха, пытаясь как-то себя успокоить, но от её взгляда и катающихся туда-сюда огурчиков меня просто разрывало изнутри..!
— Это, кстати, одна из причин, почему я больше не езжу с ним в поездки.
Пока всё внимание было отвлечено на историю, я быстро схватил солёный огурец и всунул его в порцию Кристины, которая их когда-то ела, однако после моих подарков вовсе перестала их употреблять. Впоследствии Кристина стала подсовывать и мне эти солёные огурцы, что стало причиной начала Первой огуречной войны.
Когда бурное обсуждение на нашем столе закончилось, сюда решила присоединиться и Алина Каменских, которая ела в столовой по средам, а в другие дни только по исключительным случаям.
— О, Алина, ты сегодня ешь! Сегодня какой-то особенный день? —заметила Кристина.
— Да нет, просто перенесли занятия в модельке, а времени покушать дома не будет.
Алина — это единственный человек в классе, с которым я познакомился до школы. Помню, как в один из давних летних дней мы игрались около подъезда напротив стоящего дома. Кстати, жили мы в одном многоквартирном доме, но в разных подъездах. В нашей детской компании из пяти человек была девочка, старше года на два. Вместе с ней мы нашли банку белой краски, которая оказалась наполовину пустой. Старшая девочка взяла эту банку за тонкую пластмассовую ручку и стала играться с ней, кружась и качая банку из стороны в сторону, пока хрупкая ручка не оторвалась и краска, банка которой отскочила от земли при падении, не попала мне на шею, руку и в ухо. От неожиданности или по какой-то другой причине, которую уже не вспомню, я с рёвом на всю улицу и в слезах помчался к своему подъезду, чтобы рассказать обо всём маме. Она не оставила это просто так и вышла, прихватив меня с собой, к нашей компании. Старшая девочка была отчитана по полной, о чём свидетельствовали тон и манера её ответов. Картинка того момента мне хорошенько вбилась в память, и я даже сейчас отчётливо видел молодую Алину, всё ещё милого ребёнка, которому в начальной школе я каждый день покупал мороженое на развес.