— Это что? — спросила Диана, опоздавшая из-за рассказа стихотворения по белорусской литературе.
— Это компот, — сказала Настя, — из сухофруктов.
— В чём логика сушить фрукты, а потом из сухофруктов делать компот? — бормотала Кристина.
— Да… Кстати, видели, что появилось нового на кухне? — начал нести я полную чушь, отвлекая внимание Кристины и делая намёки Насте. Как хорошо, что мы друг друга понимали.
— Что? — никак не могла разглядеть Кристина с компотом в руке. В ту же секунду все солёные огурчики оказались у неё в тарелке. Лицо Кристины выглядело так, будто она потеряла мысль и внутри была пуста.
— Что это?! — усмехнувшись, спрашивала она. — И как мне это, по-вашему, на мойку унести?!
Нашему смеху не было предела. Это уже была традиция закидывать Кристине любые солёные огурчики. Всё началось с того, что где-то год тому назад Кристина с удовольствием ела этот продукт и постоянно брала его у меня. Однако это стало настолько частым явлением, что Кристина и вовсе отказалась от употребления солёных огурцов. Сначала я кидал ей огурчики, затем подключилась Настя. Кристина не могла потом успокоиться и постоянно ела с поднятой тарелкой. Благодаря нам, походу, появилась паранойя. В результате та безобидная шутка с едой переросла в настоящую Первую огуречную войну, как я когда-то говорил.
После недолгого перемирия Вторая огуречная война не заставила себя долго ждать. В ней Кристина уже мстила мне за все солёные огурцы, накиданные ей на протяжении года. Скоро до меня дошло, что меня предала Настя, перешедшая на сторону врага. По итогам Второй огуречной войны был заключён «вечный» мир, после которого, как ни странно, солёные огурчики уже давали один раз в месяц.
— Так, подождите, — обратила на себя внимание Кристина, занёсшая наполненную натуральным продуктом тарелку, — а как же хлеб?
— Точно! — вспомнила Настя. — Пойду заберу с соседних столов, всё равно никому уже не нужен, кроме нас.
Набрав в общей сложности пять стопок хлеба и пару кусков батона, мы пошли на географию, пряча огромную добычу за спиной. Звонка ещё не было, так что наступило время удивлять Надежду. Дело в том, что она очень редко ела в столовой, из-за чего мы привыкли набирать хлеб, который могли достать здесь, чтобы покормить бедную подругу, проголодавшуюся за два урока.
— Надежда, тут случилось такое, — начал я, готовя момент выложить свои стопки хлеба. — В общем, на.
Увидев столько хлеба, Надежда не могла оторвать глаз, а её дар речи был потерян. Оживилась она после того, как увидела ещё три стопки хлеба и куски батона от Дианы.
— Что это?! — одновременно в восторге и ужасе спрашивала Надежда.
— Сильно проголодалась? — подшучивала Настя. — Получи и распишись.
— И куда мне теперь это девать? Ни пакета, ничего нет. Боюсь, что даже в рюкзак не вместится.
Возникшая проблема была решена с приходом Ольги Васильевны, которая слегка была в недоумении, видя такое количество хлеба именно у девочки. Учительница географии поделилась одним из своих файликов, куда Надежда запихнула хлеб, и предупредила, чтобы ни одной крошки не осталось в кабинете. В ином случае Надежда была бы вынуждена провести генеральную уборку, которая, как известно, не ограничивалась обычным подметанием пола.
Честно говоря, я ожидал, что физика не начнётся с чего-то плохого. Сегодня по плану стояла лабораторная работа, к которой мы готовились дома. Как раз таки она стала причиной конфликта между мной и девочками: Катей и Женей. Перед тем, как получить их негативное сообщение, на географии класс сразу решил поделиться на группы, выполняющие лабораторную работу. В моей команде оказались Антон, Матвей, Егор, Даша, Алина и Аня, потому что они так захотели. Мне было комфортно только с тремя людьми: Алиной, Антоном и Матвеем, которые реально шарили за работу и не сидели просто так переписывать данные и расчёты. У Кати с Женей был выбор делать работу одним, но при этом им подселили бы Машу, или с любой из остальных групп: мужской либо женской. Такой расклад их не устраивал, поэтому единственным решением стало написать мне не очень приятное сообщение: «Никита, ну вообще-то мы друзья, и это неправильно, что ты не взял нас к себе в группу на лабораторную. Друзья так не поступают. Ты же знаешь, что мы в физике не бум-бум, и нам тяжело справляться одним. Так ещё Татьяна Николаевна подсаживает к нам Машу, с которой работа легче не становится. СПАСИБО, что кинул нас, друг». «Ага, то есть они вспомнили, что мы друзья… Ну-ну», — подумал я и ничего не ответил. Лишь при личной встрече я сказал обиженным «друзьям», что не я решал, а за меня уже давно решили, что их ещё больше разозлило.