Вигмар заорал, что было сил, и замахал рукой.
Всадники продолжали скакать.
Он закричал, так что горло рвануло болью, и упал на колени. «Пожалуйста…» — прошептал в темноту. И вдруг один из всадников резко развернул коня. Вигмар снова вскочил и закричал. Содранное горло обожгло болью. Брызнули слезы. Но всадники теперь скакали точно на него. Один из них прокричал что-то в ответ.
Когда даллы спешились, Вигмар потащил их к Ягори. Тот, что был старше, пробежал пальцами по ранам и что-то хрипло бросил на своем языке. Вигмар замер, боясь, что они откажутся. Но второй, помоложе, уже стащил с плеча меховину, чтобы укутать ее, и вдвоем они подняли тело, уложили старшему перед седлом и запрыгнули верхом. Вигмар почувствовал, как от облегчения подгибаются ноги. Он жестами поблагодарил и показал, чтобы не мешкали. Но второй далл протянул ему руку и показал на круп позади себя.
Вигмар кое-как залез, обхватил далла, и в ушах засвистел ветер.
Тамаш перетягивал бинтами чью-то рассеченную грудь. Руки дрожали. Рукава он давно закатал до самых локтей, обнажив витиеватые черные узоры на коже. Но герцогскому лекарю, который занимался другим раненым рядом с ним, было на это наплевать — он с серым от усталости лицом сшивал разорванные мышцы. Не отрываясь, попросил что-то, и Тамаш передал. Лекарь принял, безразлично скользнув взглядом по покрытой знаками коже, и снова занялся раненым. Тамашу тоже было все равно.
Вдруг рядом появилась Эстер.
— Пойдем со мной, прошу.
Она нетерпеливо потянула его в сторону, и Тамаш заметил, что она едва сдерживает слезы. Он затянул бинт и молча пошел следом.
У одной из телег заметил сидящего Вигмара. Сианджиец выглядел ужасно, но вроде был цел. А вот Ягори рядом с ним, казалось, уже не дышала. Ее белые волосы слиплись от крови, лицо расслабленно обмякло, как у мертвых, из-под кровавых натеков проглядывала синевато-белая кожа, а губы потемнели.
Тамаш вопросительно посмотрел на Эстер, и она потянула его к телу.
— Эстер… она… — пробормотал он, но вдруг встретился взглядом с Вигмаром и не смог договорить.
— Помоги ей… — едва слышным шепотом выдохнул тот.
И Тамаш не смог отказать.
Он подошел к Ягори. Потрогал жилку. Пульс был едва уловимым, но она действительно была жива.
Он срезал одежду и вдруг заметил, как из складок что-то выпало. Рассеянно подобрал предмет. Рядом ахнула Эстер. Он удивленно посмотрел на нее, потом на свою руку и почувствовал, как по спине поползи мурашки, — на ладони лежал маленький острый обломок и пульсировал густой всепоглощающей Тьмой.
Темнота затягивала.
Он бездумно достал из-за пазухи миниатюрный эфес и замер, не в силах оторвать взгляд от своих ладоней.
Вдруг за локоть кто-то тронул. Он вздрогнул и заморгал. Рядом умоляюще застыл Вигмар. Тамаш сжал ладони.
Что теперь делать? Куда их деть?
— Я подержу, — мягко предложила Эстер.
Он отдал камень и рукоятку ей и снова повернулся к Ягори. Обычными приемами здесь, скорее всего, уже не помочь. Он обратился к внутреннему взору и оценил повреждения — она была уже почти у черты. Еще чуть-чуть, и даже он не сможет помочь.
Не заботясь, видит ли его кто-то, он наклонился к лицу, и из губ полилась жизненная сила. Темной дрожащей пеленой она окутала тело Ягори, замерла на мгновение и втянулась в открытые раны. В ответ изнутри, из каждого пореза, хлынуло белоснежное сияние. Осветило ночь, так что заболели глаза, и погасло вместе с закрывшимися ранами, оставив на коже свежие шрамы.
Вигмар проморгался и едва только понял, что раны на теле сестры закрылись, укутал ее в меховушку, которой раньше ее укрыли разведчики даллов. Рядом бормотал молитву кто-то из оруженосцев герцога. Тамаш, еще более бледный, держался за край телеги. На его лице проступили капли пота.
Вигмар пощупал шею сестры: пульс ровный. Дыхание тоже стало уверенным. Но она по-прежнему оставалась без сознания.
Он огляделся по сторонам, и взгляд вдруг упал на Эстер.
Она как зачарованная смотрела на свои ладони. Миниатюрный эфес, который они целую вечность назад достали из-под ювелирной скорлупки броши, и черный переливающийся обломок окутало бледное искрящееся сияние.
Эстер подняла на него взгляд, и Вигмар вдруг испугался.
«Что она собирается сделать⁈» — расколола сознание внезапная вспышка.
А Эстер медленно, словно зачарованная, перевела взгляд на Тамаша. Тот смотрел на сияние.
— Эстер, стой! — зашипел Вигмар, сам не понимая, что именно она должна прекратить.
— Ты ведь сам говорил, что я — камень.