Работа настолько увлекала его, что о необходимости поесть или отдохнуть он вспоминал, только когда в кабинете появлялся Готфрид — с едой или предложением сделать перерыв на сон. Последнее давалось Мартину особенно тяжело — сон казался непозволительной роскошью, а в душе росло чувство тревоги, подгонявшее закончить как можно скорее.
— К чему эта спешка, ваше сиятельство? — не выдержал в один из дней Готфрид. — Вам не обязательно отправлять полную расшифровку по окончании трех месяцев. Не было такого уговора. Я присутствовал и хорошо помню, что с господином лекарем условились лишь обменяться записками о ходе дел и последних новостях.
— Все так, Готфрид, — Мартин откинул взлохмаченные волосы, которых давно не касалась расческа, — но меня не оставляет тревожное чувство, что закончить необходимо как можно скорее.
— Я полагаю, ваше волнение вызвано усталостью и чрезмерно интенсивной работой. Вам нужен отдых и полноценный сон.
— Увы, но нет, — покачал головой Мартин, — ни на то ни на другое нет времени. Три месяца истекают через две недели. На дорогу до приграничного городка уйдет дня три, значит, закончить я должен за десять дней. У меня будет для тебя задание.
— К вашим услугам.
— Распорядись подготовить мой экипаж и все необходимое для зимней поездки к этому сроку.
— Вы же не собираетесь…
— Именно что собираюсь. И это не обсуждается. Ты поедешь вместе со мной, так что позаботься и о своем снаряжении.
— Но зимние дороги небезопасны и труднопроходимы!
— Да, и поэтому подбери кого-то покрепче нам в сопровождение и посноровистей, чтобы знали, как управляться со снежными наносами.
— Будет сделано, ваше сиятельство.
— Спасибо, Готфрид. И еще… когда отдашь распоряжения, возвращайся. Мне нужна твоя помощь, чтобы управиться до отъезда.
— Могу я спросить?
— Конечно.
— Для чего вам ехать лично? Вы любите комфорт и роскошь, а в подобной поездке будете лишены и того и другого.
— Считай это моим тщеславием, — улыбнулся Мартин. — Я хочу лично рассказать об этом открытии.
— Но вы уверены, что господин Тамаш тоже там будет? Может, он просто передаст записку с новостями, как вы и условились?
— Он не поручит записку чужаку, который не ознакомлен с ситуацией, а значит, на встречу скорее всего прибудет кто-то из наших знакомых. Я буду рад любому из них.
— Я вас понял, — поклонился Готфрид. — Отдам распоряжения и вернусь.
— Благодарю.
Когда Готфрид вернулся, дело пошло значительно быстрее, и за день до окончания отведенного десятидневного срока работа была окончена.
Мартин с величайшей бережностью сложил пять новых листов, проложив их тонкой льняной тканью, и убрал в приготовленный Готфридом кожаный дорожный цилиндр. Разбросанные по всему кабинету клочки бумаги управляющий лично сжег в камине, а оригинальное изображение запер в конторке.
Весь следующий день Мартин большей частью был задумчив. Он рассеянно следил, как Готфрид составляет инструкции для прислуги на время их отсутствия. А наутро, задолго до восхода, экипаж на широких полозьях в сопровождении троих конных выехал в направлении гор.
Глава 1
Леса Орман-Калик — в преддверии исцеления
Вигмар поерзал на жесткой койке. Отлежанные бока ныли со всех сторон, а нутро от движения отзывалось тупой болью. И не то, чтобы невозможно было терпеть, — нет, сильные боли остались в прошлом, но во всем теле непрестанно что-то ломило, тянуло и саднило. От долгого лежания мышцы сделались непослушными, и, как ни ляг, все казалось неудобным и невыносимым. Да еще и словом перекинуться было не с кем: раненых в большом общинном доме каждый день становилось все меньше, а те, кто еще оставался, по возможности старались размещаться на некотором расстоянии от недовольного и ворчащего Вигмара.
Он огляделся в поисках, кому бы пожаловаться, но с удивлением обнаружил, что остался в одиночестве — пока он дремал, исчезли последние соседи. Внезапно входной полог откинулся, и Вигмар разглядел против света знакомую худую фигуру Тамаша. Выслушивать нравоучительные подбадривания сил не было, и он предпочел отвернуться и притвориться спящим. Лекарь потоптался у входа, стряхивая налипший снег, и направился вглубь помещения.
— Вигмар, — позвал он, — тебе пора бы начать выходить на улицу.
— Когда кишки перестанут вываливаться, обязательно пойду, — буркнул не поворачиваясь Вигмар.