Часть третья. СУДЬБА ТЫ, СУДЬБИНУШКА…
На следующий день Диану этапом повезли в женскую колонию. Начальник планового караула, прапорщик Дубинин, заполняя путевой журнал на вновь принятых осужденных, задержал в своей руке личное дело Семеновой. Его привлекла фотография.
— Красивая, — вслух произнес он и посмотрел, по какой статье осуждена. Увидев 88-ю статью, часть первая, от удивления свистнул и отложил личное дело в сторону. Заполняя журнал на остальных, непроизвольно несколько раз посмотрел на фотографию. Она словно гипнотизировала его. Дубинин не выдержал, вышел из куне и направился к женской камере, где находилась Семенова. В вагоне была лишь одна женская камера, в остальных находились мужчины. Увидев начальника караула, проходившего мимо камер, осужденные стали просить воды, но он, не обращая на них внимания, прошел мимо. В конце вагона остановился напротив камеры, где содержались женщины. Прижавшись плотно друг к другу, они сидели в два яруса и молча смотрели на него.
Прапорщик сразу увидел ее. Она действительно была чертовски хороша собою. Думая о чем-то, он усмехнулся и направился обратно к себе. Глубокой ночью прапорщик из-под сиденья достал бутылку водки, налил в кружку и одним залпом выпил. Ладонью вытирая рот, от удовольствия рыгнул, посмотрел на фотографию. "Ну что, красотка, погуляем?" — вслух произнес он.
Побаловаться с хорошенькими молодыми осужденными для начальника караула прапорщика Дубинина было привычным делом. Неделями конвой находился в пути вместе с осужденными, и за это время конвой и осужденные успевали поближе познакомиться друг с другом, и в нарушение воинского устава некоторые конвоиры, за деньги осужденных, с выгодой для себя, оказывали им мелкие услуги. Бывали случаи, когда осужденные женщины вступали в интимную связь с молодыми крепкими солдатами. Все зависело от порядочности только одного человека — самого начальника караула. Прапорщик Дубинин к категории порядочных не относился.
Водка постепенно делала свое дело. Он вышел из купе. Вдоль камер прохаживался часовой.
— Чернов, открой!
Часовой, увидев начальника караула, подбежал к нему, приложил руку к головному убору и собрался доложить, как требует устав, но прапорщик на него махнул рукой.
— Открывай.
Часовой ключом открыл железные решетчатые двери. В вагонах стоял смрадный запах. Осужденные в камерах в большинстве спали. Когда он проходил мимо, один из осужденных позвал его.
— Начальник, живот болит, в туалет надо.
— В штаны наложи, — не останавливаясь, сквозь зубы процедил начальник.
Он остановился напротив женской камеры. Прижавшись друг к другу, женщины спали.
— Осужденная Семенова! — позвал прапорщик. Женщины, просыпаясь, смотрели на начальника.
— Семенова, ты что, глухая? — недовольным голосом произнес он.
Со второй нары спустилась Диана.
— Выходи! — открывая запор, потребовал прапорщик. Диана безропотно направилась к выходу.
— А ну, погоди, — останавливая ее рукой, произнесла рядом сидевшая осужденная. — Начальник, она никуда не пойдет.
— Ты, зычара, заткнись, не тебя касается.
— Я сказала, она никуда не пойдет.
— Да ты знаешь, что я с тобой сделаю? — угрожающе произнес он и, пригибаясь, хотел войти в камеру.
Но дорогу ему преградила осужденная. Она встала во весь свой рост. Голова прапорщика оказалась на уровне ее груди.
— Начальник, оставь ее в покое, а то плохо будет. Камера объявит голодовку.
Прапорщик попытался оттолкнуть женщину в сторону, но та, словно каменная глыба, даже не пошатнулась.
— Товарищ прапорщик, пойдемте, — беря за руку своего начальника, произнес часовой, — камеры просыпаются.
Многие осужденные в камерах, затаив дыхание, слушали перебранку начальника с женщинами. Прапорщик еще раз попытался оттолкнуть восставшую против него женщину, но та, могучими руками схватив его за воротник, вытолкнула из камеры. Прапорщик с грохотом полетел на пол. Вскакивая на ноги, он попытался расстегнуть кобуру пистолета, но солдат перехватил его руку и потащил на выход. К нему на помощь бежали другие солдаты. Осужденные мужчины на все лады заулюлюкали. Вагон ходил ходуном. Дав волю своим чувствам, осужденные через пару часов успокоились.