Надеюсь, что все-таки не далеко ушла от канона, описывая характер Владычицы Лориэна)
Буду ждать вашего мнения на этот счет)
Приятного чтения)
__________________________
За день добраться до Керин-Амрота у нас не получилось и было принято решение переночевать прямо под деревьями на траве. Повязки с нас не снимали, никто и не жаловался. Но сон никак не шел ко мне, в то время, когда вокруг уже посапывали некоторые из Хранителей. Хоббиты уж точно уснули, утомленные дорогой.
— Аилинон, Владычица Галадриэль и Владыка Келеборн хотят видеть тебя раньше остальных, — неожиданно раздается голос Халдира рядом. После этого с меня быстро снимают повязку. На Золотой Лес опустились сумерки, и сквозь листву можно увидеть множество звезд, которые появляются на темнеющем небе. Не веря смотрю на галадрима. Он смеется надо мной?
— Мы так не договаривались, эльф, — не успеваю ничего сказать, как в разговор вклинивается недовольный Гимли. Замечаю, как он тянется к своей секире. — Мы не отдадим вам и вашим Владыкам нашу драгоценную Кувшинку.
— За меня не волнуйся, — спокойно говорю я, потрепав гнома по макушке. Недовольно что-то пробубнив себе в бороду, гном успокаивается. После этого поднимаюсь на ноги. Если уж меня хотят видеть, значит, я не имею права им отказывать в этом удовольствии. — Скоро мы все вновь увидимся, — кидаю быстрый взгляд на Леголаса, который мирно спит на траве. Ну, или делает вид, что спит. «Прощаться ведь он не любит», — снова этот мерзкий голосок в голове.
Поворачиваюсь к Орофину, который, по всей видимости, и будет меня сопровождать до Карас-Галадона. Быстро собираю свои вещи и поправляю одежду. Замечаю на себе смеющийся взгляд эльфа. Попрощавшись с Халдиром, который, кажется, только рад моему уходу. Мы с Орофином начинаем дорогу до столицы Лориэна.
Ночь выдалась светлой, свет звезд волшебно отражается от золотых листьев мэллорнов, но сейчас у меня нет времени наслаждаться всей этой красотой. Не удается даже отдохнуть на Керин-Амроте, а я так хотела пособирать здесь цветы, которые украшают курган даже зимой, эльф я или как. Вот так и рушатся мечты. Усмехаюсь своим мыслям, когда мы быстро проходим мимо цветущих полян.
— Как думаешь, почему нашим Владыкам так сильно захотелось повидаться с тобой? — спустя почти сутки молчания Орофин решает задать мучащий его вопрос. Тем временем перед нами появляется мост, который и подведет нас к Воротам в святая святых Лотлориэна.
— Сомневаюсь, что им просто захотелось со мной вина выпить, — хмурюсь, смотря на то, как Ворота медленно и совершенно бесшумно раскрываются перед нами. Я не раз видела эти действительно величественные мэллорны, которые именно в Карас-Галадоне самые высокие, но сейчас сердце бешено начинает стучать в груди.
Я чувствую волнение от предстоящей встречи с Владыками Лориэна. Еще день назад я была готова к этому, сейчас же начинаю бояться. Кажется, будто я оказалась в ловушке, из которой не могу выбраться. Ноги меня не слушаются, а из-за стука сердца не слышу собственных мыслей, не говоря уже об Орофине, который уже минут пять что-то мне там рассказывает.
Быстро проходим мимо каменного фонтана, а перед нами вырастает мэллорн Владык. Его ствол блестит в свете полуденного солнца. Жалею о том, что оказываюсь тут без Братства. С ними я бы чувствовала себя смелее и увереннее. Но нас разделяет несколько часов дороги. Хранители прибудут в Карас-Галадон лишь ближе к вечеру.
Мечтая побыстрее со всем разобраться, подхожу к лестнице, ведущей на талан Владык. Но, прежде, чем начать этот путь, останавливаюсь и закрываю глаза. Даже несколько глубоких вдохов не помогают мне справиться с тяжестью на сердце и страхом, который сковывает меня по рукам и ногам.
— Не стоит так бояться, дитя, — глубокий и мелодичный, словно звук ручья, голос заставляет меня резко обернуться. Поспешно кланяюсь Владычице Лориэна, после чего не могу набраться храбрости, чтобы посмотреть ей в глаза. Стоя перед ней, опускаю глаза к земле. «Молодец, Аилинон, именно так ты и хотела поговорить со своей матерью», — саркастически подмечает внутренний голос.
— Я… — начинаю говорить я, все-таки поднимая глаза на Леди Галадриэль. Я ожидала увидеть в ее глазах холодное равнодушие, ненависть, да все, что угодно, но только не эту трепетную нежность и любовь. Воздух застревает в горле, а мысли разлетаются в разные стороны. Почему-то именно сейчас хочется вновь расплакаться.
— Я знаю, что тайна твоего происхождения открылась для тебя, — с по-матерински заботливой улыбкой на лице, говорит мне эльфийка. Засмотревшись на ее необыкновенно чистое и искреннее лицо, не замечаю, как она подходит ко мне и приобнимает одной рукой за плечо. — Пойдем со мной, мы сначала приведем тебя в подобающий вид, ведь, наверное, ты устала от всей этой дорожной пыли.
— Да… наверное, — тихо соглашаюсь я, чуть ли не всхлипывая. Я никак не могла ожидать этой заботы от той, кто когда-то отослала меня прочь. Леди Галадриэль не обращает внимания на взгляды, которые бросают в нашу сторону галадримы, а я позабыла обо всем на свете. Нет никакой обиды или злости.
Я всю свою жизнь хотела испытать на себе заботу родных родителей, прочувствовать их любовь. И сейчас абсолютно не важно, кто они. Думаю, для каждого ребенка в первую очередь важно то, что их родные рядом, а потом уже они обращают внимание на то, кем они являются.
Мы не так уж и долго поднимались по лестнице прежде, чем оказаться в просторной и светлой комнате. Тут уже вовсю хлопочут служанки, наполняя ванную теплой водой. По флету разносится ароматный запах полевых цветов. Всюду стоят разнообразные скляночки с маслами разнообразных растений.
— Я понимаю, что ты хочешь многое обсудить и понять, Аилинон, — начинает говорить тем временем Леди Галадриэль. Поворачиваюсь к ней лицом, заправляя выбившуюся из косы прядь волос за ухо. — И я обещаю, что расскажу все, но сначала попрошу лишь об одном. Могу ли я рассчитывать на выполнение моей просьбы? — замечаю, что взгляд Владычицы Лориэна становится грустным. Она словно не верит во что-то, боится. Да, сложно поверить в то, что мудрейшая эльфийка может чего-то бояться. Но я слишком хорошо разбираюсь в эмоциях, чтобы не увидеть след тоски во взгляде эльфийки.
— Обещаю сделать все, что в моих силах, — уверенно отвечаю я. Голос уже не дрожит, а меня саму заполняет чувство защищенности и нужности. Будь я моложе, обязательно бы обиделась на ложь собственных родителей, не смогла бы смириться со своей судьбой, с жизнью, которая должна была быть совершенно другой. Но со временем приходит способность прощать и понимать поступки других людей. Это было их решение, и я никак не могла помешать выполнению задуманного.
— Ты мудра, впрочем, я и не ожидала чего-то другого. Я подожду тебя в соседней комнате, после чего служанки помогут тебя собрать. Мы прогуляемся с тобой по садам, и я расскажу все, что ты хочешь услышать, — женщина наклоняется ко мне и оставляет легкий поцелуй на лбу. Губа предательски начинает дрожать, и я прикусываю ее, чтобы не выдать себя. Получается лишь кивнуть в ответ.
Эльфийка плавно скрывается в соседнем помещении, куда тут же уходит несколько служанок. Мне же быстро помогают избавиться от оружия и прочей одежды. Меня совершенно не смущает нагота, ведь я не впервые в жизни оказываюсь окружена служанками.
Помнится, во дворце Трандуила я долго воевала с тем, что и сама могу принимать ванную. Хотя этот бой и был проигран, но штат прислуги все-таки сократили. Со мной осталось тогда лишь две эльфийки, которые помогали мне мыть и расчесывать волосы, подбирать платья. Если бы не они, я бы, наверное, самостоятельно никогда бы не смогла с этим справиться.
Вот и сейчас надо мной хлопотало несколько светловолосых девушек, по лицам которых было понятно, что мои волосы находятся в ужасном состоянии. Попробовали бы они сами несколько месяцев обходиться без приема ванных с ароматными маслами и с одной лишь расческой, которая перестает справляться с колтунами на третьей неделе похода.
Опускаюсь в горячую воду, чуть ли не застонав от удовольствия. Уставшее тело тут же расслабляется. В это время одна из служанок добавляет несколько капель персикового масла в воду, а другая усердно намыливает мочалку душистым мылом. Окунаюсь с головой в воду, до конца намочив волосы.