— Ну, права там какие-нибудь, — неуверенно предложила Аркаша.
— Вы имеете право любить сильно и убить нежно, — хищно осклабилась Брунгильда.
— Она шутит, — поспешил успокоить малость опешившую Аркашу Гуча. — Юмор ведьмочек специфичен. Что-то среднее между черным юмором и кладбищенской сатирой.
— Подписывать-то будете? — Брунгильда тряхнула прической, по парте покатился выпавший из уха камешек.
Орудуя пером, скунс продемонстрировал чудеса ловкости. Когда же настала очередь Аркаши, та промедлила. Кончик пера касался пергамента справа от размашистой подписи Гучи, чернила медленно растекались, образуя мудреную кляксу.
— Сомневаешься?
Аркаша скосила глаза, снова ожидая увидеть обиду на мордочке скунса. Однако узрела лишь понимание.
— Знаешь, Аркаш, не обещаю быть идеальным. — Гуча поставил лапку на край пергамента. — Но в обиду тебя точно не дам.
В скором времени Брунгильда уже аккуратно переправляла пергамент обратно через белку, а Гуча и Аркаша стояли у деревьев в ожидании новой попытки проникновения в КУКУО.
— Один документ, и попечительство оформлено, — задумчиво проговорила девушка. — Жирный плюс волшебному миру — отсутствие бумажной волокиты.
— Как говаривал мой папаня, — Гуча, чуть подергивая хвостом от нетерпения, качнулся из стороны в сторону, — важен не процесс, а результат.
— Дубль два, — с важным видом объявила Брунгильда, во второй раз уже снимая браслет с запястья. — Ну-ка все затаили дыхание.
Плавное движение над выступом на стволе, и вот уже пространство между деревьями начинает «плыть». Цветные завихрения расползлись в разные стороны, словно растекающийся по воде бензин.
— Не тормозите при прохождении, — предупредила Брунгильда. — Сегодня через портал больше двух тысяч придурков прошло. Магические волны нестабильны. Промедлишь и можешь на этой стороне ступню, а то и целую ногу оставить.
— Да ну? Так, что-то я, похоже, к высшему образованию еще не готова, — запаниковала Аркаша.
— На месте подготовишься, — уверила ее Брунгильда, сопроводив утешительные слова не менее воодушевляющим жестом — просто пихнула Аркашу в портал.
Что-то мягкое касалось носа. Безумно хотелось чихнуть.
— Глазоньки можно уже открывать, — шепнул кто-то на ухо.
Аркаша по-старушечьи заохала и повернулась на бок.
— Ноги...
— Что?
— Ноги мои на месте?
— Не припомню, у тебя ведь всегда была одна, да?
— НЕТ! — Квелость мигом слетела с Аркаши. Внутренне холодея, девушка не сразу решилась взглянуть на остатки своих нижних конечностей. — Блин, все на месте. Нельзя же так пугать!
— А как тебя еще можно было быстро растормошить? — По телу Гучи прошла волна — от головы до самого хвоста. По всей видимости, это у него было то же, что пожать плечами. — К сожалению, времени все меньше и меньше, а ты еще даже не получила ключ от комнаты в общежитии.
Слушая вполуха разглагольствования своего нового опекуна, Аркаша вертела головой, жадно впитывая свежие образы. Первое, что бросалось в глаза, — недостаток света.
— Я что в бессознательном состоянии до самой ночи пролежала?
— А? Нет, не волнуйся. — Гуча прошел немного вперед, обозначая мерцающую в темноте гравийную дорожку. — Это Вечноцветущий Тоннель — коридор, ведущий к основным корпусам КУКУО. Здесь всегда ночь. Кстати, для справки этот университет располагается на острове, и на его территории есть зоны, где властвуют единолично зима, весна, лето и осень без учета годового цикла. Всегда хотел глянуть на эту прелесть. Наверняка красота.
Сжимая для уверенности лямку висящей на плече сумки, Аркаша зашагала за скунсом, мысленно уговаривая себя слишком уж всему не удивляться, а иначе эмоциональный лимит будет превышен, и организм без спросу отправится баиньки.
— Это еще что? — Аркаша провела рукой по волосам. Вдоль запястья скользнуло что-то мягкое и невесомо хрупкое. — Цветок?
Тонкие лиловые лепестки светились в темноте, словно гигантские светлячки.
— Цветок вишни. Тут их полно. Рот широко не разевай, а то внутрь залетят.
Чем дальше они двигались, тем светлее становилось вокруг за счет падающих с небес сияющих лепестков. Только сейчас Аркаша рассмотрела, что подступающая с боков тьма на самом деле является сплошной стеной, увитой зеленью и такими же светящимися цветками. За каменными стенами с обеих сторон возвышались деревья. Их мерцающие верхушки скребли чернеющие небеса.
— А что там, за стенами?