— Наверное, нелегко удерживать на плаву такой грандиозный проект. — Аркаша с достоинством вкушала все новые и новые объемы информации. Принять и смириться — пока все, что она могла сделать без ущерба своей и так уже малость пострадавшей психике.
— Абсолютно невозможно! — вскричал Гуча. — Самоубийственная затея, но, черт побери, это дело процветает уже больше пятнадцати лет. И постоянно совершенствуется. В нынешнем году наблюдается самый большой наплыв студентов. Очень удивлюсь, если стеклянное царство вновь выдержит всю эту неуемную энергию.
— Разве другое название КУКУО — не «Блэк-джек»? Что еще за «стеклянное царство»?
— Сугубо моя фишка. Не обращай внимания. Да, верно, «Блэк-джек» — прозвище, данное университету недоброжелателями. Пропитанное злой иронией, внушающее недоверие, вызывающее все больше насмешек прозвище, которое со столь злобным смакованием связали с карточной игрой, где безраздельно властвует госпожа удача. — Гуча остановился и с серьезным видом глянул на Аркашу снизу вверх. — Хотя с такой затеей действительно надеяться можно было лишь на удачу. Пан или пропал. Забавно, но со временем прозвище потеряло налет былой насмешки и стало звучать в устах магов с невольным уважением. Евгеник Скальный, может, и псих еще тот, но за идею бьется, как лютый зверь.
— Молодец, — пробормотала Аркаша, честно постаравшись представить себе директора-бунтаря. Мудрый старец? Гениальный психопат? Доблестный мазохист? Или сборная солянка? Любопытно.
— Кстати, Аркаш, видала метку на руке той ведьмочки? С аббревиатурой «БД»?
— Ага. Шифр какой-то? По типу расшифровки прозвища «Блэк-джек»?
— Почти. Кроме того, что с помощью тату университет опознает своих и не пускает на территорию посторонних, это еще и сдерживающая метка. Другое название — чары «Базовый Держатель» или «БейДжик». Создатель заклинания — Эрнст Немезийский, ныне один из заместителей директора Блэк-джека.
— И что метка сдерживает?
— А самой догадаться?
— Предположу, что излишнюю агрессию «специфической публики».
«Если я права, — размышляла Аркаша, — то Момо следует зататуировать с ног до крашеной башки. Авось охладит свой пыл».
— Их агрессию сдержит лишь качественный выстрел из базуки, — проворчал Гуча и, подумав, добавил: — Желательно, в упор.
Аркаша издала глухой смешок. С каждой минутой новый попечитель нравился ей все больше и больше.
— На самом деле метка сдерживает их силы, — пояснил скунс. — Скальный не собрал бы столько разнообразной нечисти в одном месте, не будучи уверенным, что они тут же не перегрызутся или не разнесут пару-тройку добротных строений.
— Хотелось бы верить. А что насчет пяти факультетов?
— Вот здесь без визуализации не обойтись. Вытащи-ка «Справочник первокурсника». Я сунул его в задний карман твоих шорт, пока ты была без сознания.
Сдвинув сумку на бок, Аркаша потянулась к карману. Внезапный порыв ледяного ветра царапнул холодными коготками ладонь, пробежался вверх по руке, шее, лицу и, шмыгнув под козырек кепки и врезавшись в синяк на лбу, разбился на тысячу воздушных осколков. Задержав дыхание, девушка медленно повернула голову в ту сторону, откуда ее атаковал ветер.
На всем протяжении стены Туманного Лабиринта располагались входы, выполненные в форме арок, и Аркаша с Гучей как раз остановились напротив одного такого. Черные дымчатые клубы вечной ночи смиренно оставались на территории Лабиринта, не пытаясь выбраться наружу. На высоте примерно трех метров в воздухе зависли зловещие огоньки — отражения несуществующего света в чьих-то глазах. Кто-то следил за ней из темнеющих глубин.
— Чего застряла? — Гуча с любопытством заглянул в арку. — Что-то увидела?
— Даже не знаю, — с сомнением проговорила Аркаша. Моргнув, она потеряла зрительную связь с жуткими огоньками, и те бесследно исчезли. — Мерещится всякое.
— Держись, девочка. Понимаю, что ты уже устала, но тебе еще предстоит пережить насыщенный вечер. Пойдем. Справочник просмотришь на ходу.
Гуча резко свернул в сторону, ведя Аркашу вдоль линии миниатюрных фонтанов в виде хохочущих амуров.