Окончательное решение оставалось за Скальным, и Аркаша воспользовалась припасенным козырем:
— Мы не будем проживать одни. С нами будет мой попечитель Гучебей Фонвизин де Скаляри Шестой.
— Вот вам и новый аргумент, — возрадовался Скальный. — На том и порешим.
— Я все равно против, — категорично заявила Борзая.
— Мое мнение вам известно, — сдержанно напомнил Немезийский.
— Теньковская будет проживать в одной комнате с Моросящим и точка. — Директор уронил свитки и с грохотом оперся руками на стол. — Вопросы?
— А кто из них самка? — осведомился Шаркюль, сморкаясь в рукав пиджака.
Ноги были не в ладах и совершенно не слушались хозяйку. Левая пыталась уйти в сторону в загадочном танцевальном па, правая уговаривала слиться с землей. Мрачная Аркаша, игнорируя позывы организма, плелась за Маккином.
Очередная поездка в лифте с Томасом иссушила последние капли в чаше ее терпения. Все эти демонские ухмылочки, косые взгляды, адресованные то ли ей, то ли Маккину, степень напряжения которого напоминала натянутую до предела струну. Благо, компанию им составил Эрнст Немезийский, проникновенно болтающий что-то о пользе мирного сосуществования, а иначе демон вполне мог вернуться к прерванной игре.
Проводив взглядом оптимистично настроенного заместителя директора, тащившего за собой Томаса и уверявшего хмурого демона, что им с ним «как раз по пути», Аркаша устремилась за русалом.
Движения Маккина были какими-то резкими и неровными, будто русала заменил робот с кучей неисправностей в основном механизме.
«Значит, демоны приводят его в ужас, — рассуждала Аркаша, не решаясь спросить об этом вслух. — Отличная новость, тут как раз целый факультет «красноглазых». Так и до паранойи недолго дожить. Но я ведь правильно поступила, что не позволила переселить его в комнату к Томасу? Маккин ни слова не сказал с того момента. А вдруг он бы все-таки предпочел жить с демоном, а не со мной?»
— Аркаш...
Сердце забилось быстрее. Волоски на затылке встали дыбом. Девушку захлестнуло волнение.
«Наверное, отругает меня сейчас за своеволие. Балда. Нашлась спасительница на его голову.»
— Аркаш. — Маккин повернулся к девушке и, превозмогая себя, улыбнулся. — Ты иди вперед. Я тебя догоню чуть позже.
— Почему?
Следовало оставить парня в покое, но упрямство взяло вверх над деликатностью. Не ожидая, что столкнется с подобными трудностями, Маккин растерянно задергался:
— Мне нужно идти. — русал заозирался, — нужно идти. — юноша махнул рукой куда-то в сторону, — туда.
— В окно? — бесстрастно уточнила Аркаша, ощущая себя безжалостным чудовищем, истязающим невинную жертву.
Маккин, смутившись, отвернулся и пробормотал:
— Не совсем. Но нужно идти.
«Теньковская, не будь злючкой». — Все еще сомневаясь, девушка сделала пару шагов назад, а, заметив, что ее уход обрадовал Маккина, развернулась и, кусая от обиды губы, ринулась прочь.
Темнота покинула пределы Туманного Лабиринта и окутала окрестности. Лето подходило к концу, нехотя уступая свою вотчину осеннему холоду. Потирая друг о друга вмиг озябшие ладони, Аркаша поежилась. Колено продолжало ныть, от каждого шага корочка запекшейся крови на месте раны неприятно стягивала кожу. Странно, что никто из руководства Блэк-джека не обратил внимания на ее синяки и ссадины. Карина Борзая вполне могла решить, что эти боевые ранения Аркаша заработала от Стопроцентных Ровена, но что насчет остальных? Или синяки здесь дело обычное?
Аркаша предпочла бы оставаться в тепле помещения, но мало-мальски сориентироваться у нее получилось лишь на улице. Аллею и боковые дорожки освещали все те же пушистые шарики, раскиданные по краям мерцающим декором.
В конце аллеи, ведущей к стенам Туманного Лабиринта, послышался треск. Аркаша, привыкшая к тишине, которая порождала неприятный звон в ушах, втянула голову в плечи и заморгала. Галлюцинации? Игры темноты?
Треск повторился и теперь уже намного ближе. Девушка шагнула вперед, надеясь разглядеть шумевшего в свете, испускающем пушистыми шариками, но противоположный конец аллеи продолжал пустовать.
Громкий шум ломающихся веток в густом высоком кустарнике всего в паре метров от Аркаши заставил ее подскочить. Чувствуя отзвуки бухающего сердца где-то в районе пяток, девушка повернула голову. Если здесь орудовали не двое, то этот некто весьма быстро перемещался. Над кустарником зависли желто-алые огоньки, — те самые, что Аркаша видела в глубине Туманного Лабиринта.