9.
Синица изучал пленного.
- Немногим старше его самого, рослый, с правильными чертами лица. Вряд ли из рабочих.
- Беруф?
- Бухальта.
- Ух, ты! Коллега! И чего же тебе, чёрту не считалось, там в фатерлянде?
Пленный пристально поглядел на Михаила и на чистейшем русском языке произнёс:
- Думали, делаем это лучше всех!
Синица опешил на мгновение.
- Вот это новости! Ты что, русский? Только не надо мне про разведчиков рассказывать!
- Не разведчик я, а посланник!
Немец плотнее запахнул шинель и поднял воротник.
Брезентовый полог грузовика пришёл в движение, от попавшей под колёса мёрзлой земли.
Синица схватился руками за скамейку. Немеца завалило на бок.
- Машину взрывом снесёт в кювет, - потёр ушибленное плечо немец, - спасёшься ты один!
- Что? – не понял Михаил.
- Слушай дальше! - продолжил посланник, - вчера разгромиили штаб. Ты чудом избежал смерти. На этот раз тебе повезло. Ошибки иногда удаётся исправить.
- По чьему приказу? – не понял Синица, - полковника Гавриленко?
Мощным взрывом грузовик смело с наката и выбросило в сереющую массу сушняка. Михаил лежал, уткнувшись лицом в стылую почву. Ног не чувствовал, но знал твёрдо, что живой.
- Си яко вояк? – услышал Синица над собой женский голос.
Так под Прагой завершил свой поход гвардии сержант Синица.
10.
- Вставай! - прокричала Надя и стащила с меня одеяло. Одевайся! Дядя Коля ждёт. Он билеты взял.
- Какие билеты, куда? – ошалело поглядел я на Надю.
- Не пойму, ты с нами или нет? Вчера за ужином тётя Зоя сказала, что неплохо бы попасть на выставку Уорхола. Для тебя, между прочим, говорила! Кто из нас художник? Одевайся немедленно!
- Да ты сама голая! Шум подняла!
- Пересядь на стул, я кровать застелю. Давай, живо! Они в зале ждут!
- Сони! - засмеялся дядя Коля. Смотрите, что у нас есть.
Дядя Коля и Тётя Зоя помахали над головой билетами на выставку.
Надя локтём ткнула меня в бок.
- Ух, ты! Дядя Коля, вы волшебник!
- План такой, - продолжил довольный собой дядя Коля, - сначала посидим в ресторане, сто пятьдесят грамм способны выставку отличную превратить в бесподобную. По театру знаю!
- Алкоголик! - скривилась тётя.
- Не рассуждать! Пижамы с себя снять, цивильное надеть! Зоя, можешь остаться в чём есть! Не заставляйте ждать такси!
- Надя, не совершай моих ошибок! - сказала тётя Зоя, кивнув в нашу сторону.
- Не переживайте, он в полном порядке. Достучаться можно!
- А мой, похоже, достукался: настоятельно рекомендуют пролечиться от пьянки.
11.
- Мне кажется, я бы по трафарету тоже смог! - скривил губы дядя Коля, разглядывая Уорхола.
- Это только так кажется. Важно быть первым!
- Ну, не знаю!
Дядя Коля взял меня за локоть и зашептал перегаром.
- Ты думаешь, это «Кола»? Чёрта с два! Три четверти вискаря. Жду тебя в туалете. Чтобы Зоя ничего не заподозрила, я пойду первым.
С этими словами дядя затерялся в потоке посетителей.
- Молодой человек, позвольте спросить, - услыхал за спиной, - вы из России?
Я обернулся на голос. На меня лукаво смотрел тот самый старик. Он остановил инвалидную коляску.
- Ты знаешь, я всё-таки прокатился на чёртовом колесе. В Лондоне.
Познакомься, этот человек в коляске, твой дед. Михаил Григорьевич Синица!
Моему деду посвящается!
Конец