Неожиданно взгляд начальника выхватил её лицо в толпе изумлённых заключённых. Его черты вмиг сгладились, на губах появилась слабая улыбка. Казалось, он вздохнул с облегчением.
– Думаю, она просто напугана, – сказал он тихо, обращаясь только к Сай, – но было бы не лишним отнести её к господину Кьялару, вы не думаете?
– Я провожу вас.
По лестнице они поднимались в тишине. У Сай перед глазами мелькали воспоминания битвы Мастера с монстрами. Для такой отточенности движений потребовались бы десятилетия практики. Или же змеиная сущность была ему подспорьем?
Кьялар встретил их в коридоре, с явным желанием ещё побрюзжать. Увидев на руках Мастера дрожащего ребёнка, он попросил следовать за ним.
– Слишком много раненых, – оправдывался он перед начальником башни, – боюсь, место есть лишь в бывшей казарме. К радости, там никаких стражников, лишь господин Валлет.
Сухенькая дверь распахнулась и четверо забились в небольшую комнату, только чтобы увидеть койки пустыми. С одной были скинуты одеяло и подушка, словно пациент торопился уйти.
– …был господин Валлет.
Глава 23
Когда Сай уходила, а, вернее, убегала из старой казармы, она оставляла встревоженного Мастера. Его лицо было последним, что она видела, прежде чем юркнуть на тайную лестницу.
Нет, она никого не могла взять с собой. Никто не должен был знать, как близко они с Валлетом подобрались к разгадке тайны башни.
Особенно Мастер.
В северных туннелях было, на удивление, тихо. Вероятно, что все монстровы силы собрались на самом верху. Когда на пути показалась хромающая теневая собака, Сай вытащила было клинки, готовая отражать атаку. Однако существо жалобно заскулило, спотыкаясь на ровном месте и, проковыляв всего в шаге от девушки, не обратило на неё внимания. Монстр явно был при смерти, свет в его глазах практически потух.
За собакой явился пустоглазый вепрь. Его хрип Сай заслышала ещё до того, как увидела его глаза. Бледный, болезненный, словно из последних сил он пытался заглотить немного воздуха, чтобы сердце его пробилось ещё несколько ударов. Сай не стала беспокоить существо и двинулась дальше. Совсем скоро хрип затих. Животное встретило свой конец.
Чем ниже Сай спускалась, тем гуще становилась темнота. Сапоги шлёпали по лужам, вязли в грязи.
Когда послышался шелест, первой реакцией было замереть, застыть на месте. Лозы цеплялись за камни, скрипели, но звука издавали мало. Словно существо не атаковало, а устраивалось в своем гнезде поудобнее. Как только шелест прекратился, Сай с трудом высвободила сапог из землистой жижи и сделал несколько шагов ближе к монстру. Что–то нарушило тишину и потревожило его покой. Несколько вездесущих лоз отправились на разведку, но все они прошли мимо. Чудовище было слепо и могло только прощупывать воздух. Судя по звуку, оно быстро сдалось и решило только крепче «затянуться». Туннель наполнили звуки хрустящих, ломающихся веток, которые скручивались в один тугой кокон. Вероятно, так монстр пытался защитить своё светящееся белое сердце.
Сай шла до тех пор, пока не услышала его стук. Казалось, оно было где–то сверху, прямо у её правого уха.
И тут туннель наполнился детским плачем.
Живое дерево заревело так, будто у него всегда была глотка и горло. Его рёв скорее напоминал гул, низкий и долгий, словно через полую трубу пропускали много воздуха. Ветки снова пришли в движение, крепче стягиваясь на монстровом сердце. Даже слыша плач деревянный паук не стремился нападать. Скорее наоборот.
Он… боялся.
Впереди, в темноте что–то вспыхнуло и сразу потухло. Оставив несчастное существо, пытающееся скрыться от этого пронзительного воя, Сай бросилась к концу туннеля. У самого выхода она вдруг замерла с радостной улыбкой на лице.
Ещё не всё потеряно.
Пещера с аркой исполинов была полна птичьего крика и металлического скрежета. Валлет стоял на лестнице, почти по щиколотку в воде, окружённый полчищем роистых крыс, готовых разорвать его на кусочки. Лицо его озаряла дюжина sola nim витающих в воздухе. Кровожадная улыбка застыла на его губах. Он колдовал. Без страха, без устали.
Иссериец обхватил рукоять меча обеими руками, опустил его в воду и громко прокричал: