За столько безрезультатных вылазок, этот зал стал Сай чуть ли не вторым домом. Только здесь она могла хоть на мгновение отдохнуть от всех ужасов, пожирающих её сознание и разъедающих душу. Иногда она пробовала молиться, стоя на коленях у светящейся ямы в полу, но слова не шли, а рука не тяжелела.
Всего за один день она потеряла двух друзей. Она надеялась, что сейчас они были в лучшем мире. Иногда, глядя на колодец и бурлившую в нём монстрову кровь, Сай вспоминала Валлета и его хмурое лицо. Стыд подступал к самому горлу, слёзы душили её, но она не плакала. Эйша забрала её жизнь, её шанс на возвращение домой.
И всё же она была права.
Будь Сай на её месте, она бы сделала то же самое.
Сменив бинты на поясе, Сай подняла с камней своё оружие – парочку коротких, изогнутых клинков, – и направилась в разлом в стене. Ей предстояло сражение с рыбой.
Летучая рыба оставалась её последней соперницей. Ни один монстр не доставлял ей столько проблем, как эта скользкая, извилистая нечисть, с её вываливающимися изо рта клыками. Она охраняла тот узкий туннель в стене, как зеницу ока, и не давала даже на шаг приблизиться к таинственному свечению. Несколько раз Сай удалось ранить рыбу, но существо словно не чувствовало боли. Оно атаковало яростнее, рубило своим огромным носом–мечом и теснило девушку обратно к Кровавому колодцу.
В этот раз Сай вошла в туннель раненая и уже серьёзно измотанная. Её левый бок был разодран, плечо, куда выстрелила Эйша перед побегом, до сих пор саднило. Идти приходилось медленно и осторожно, так как любое движение отдавалось болью. Душный, кислый воздух заполнял грудь.
Возможно, Сиггрид была права и перед неминуемой смертью ей стоит хотя бы забрать с собой эту проклятую рыбу? Отомстить за глупую смерть сильного воина, хорошего друга.
Глаза чудовища сверкнули в темноте. Рыбы поплыла к Сай, как обычно, не издавая не единого звука. Очертания её едва можно было различить, неровные, пугающие. Сай откашлялась, занеся клинок над головой, вставая в стойку.
Почти сразу её тело пронзила резкая боль. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не издать ни единого звука. Рыба не стремилась нападать, а медленно плыла, мигая глазами.
Вдруг что–то тёплое легло ей на плечо, словно знакомая рука. Девушка в надежде обернулась, встретив лишь темноту. Прямо у её уха что–то клацнуло, и она повалилась на землю, уворачиваясь от острого носа летучей рыбы. Существо сделало сальто в воздухе, прямо над её головой. Сай поднялась на колени, всё ещё кривясь от боли в боку. Приложив руку к ране, она почувствовала влагу. Кровь пропитала бинты. Действие зелья закончилось.
Рыба нацелилась для нового удара, когда Сай пыталась выпрямиться. Ей удалось отпрыгнуть и развернуться. Теперь препятствия перед ней не оказалось, и девушка ринулась на свет, и чем дальше двигалась, тем ярче он становился. Рыба взревела, услышав удаляющийся топот сапог и кинулась в погоню.
Сай была совсем близко к огоньку, она почти могла дотронуться до него. Вот он, ответ на вопрос. Если она только поймёт, что это за свет.
Вдруг туннель дрогнул, земля заходила ходуном и Сай пролетела мимо свечения, дальше в темноту. Рыба уже настигала её, и девушка не могла остановиться, развернуться. Она побежала дальше. Туннель всё время поворачивал, пока наконец под ногами затрещала каменная крошка. Сай юркнула в появившийся слева проход, едва увернувшись от носа летучей рыбы. Она сделала круг. Этот проход с летучей рыбой явно опоясывал зал с колодцем, только был гораздо ниже.
В голове пульсировало, бок саднило, по ноге стекала кровь. Сай боялась отвести взгляд от рыбы. Она пятилась назад, к кровавому колодцу, как вдруг услышала протяжный визг, переходящий в настоящий гомон.
Развернувшись, она застыла от ужаса.
Над кровавым колодцем бились, казалось, сотни острых птиц. Словно коршуны над падалью, они наворачивали круги над белой жидкостью, звенели металлическими крыльями и верещали. От такого всепоглощающего звука у Сай закружилась голова. Она сделала всего шаг, как птицы тут же заслышали его и ринулись к ней. Девушка попробовала отступить назад, в проём, но монстры последовали за ней. Крылья резали её лицо, когти драли волосы. Не удержавшись на своих двоих, она всё–таки упала, больше не в силах подняться.