– Ешьте, – твёрдо сказал он, – это очень вкусно. Видите! – Он зажал пальцами чёрную ягодку и положил на свой ярко–красный язык.
Сай не могла принять еду. Сама её челюсть была намертво запечатана. Глаза зацепились за виноград, увлажнились от подступивших слёз.
Это была настоящая пытка.
Комната неожиданно погрузилась во мрак. Нестерпимый холод подобрался к ногам девушки и сковал их, словно кандалы. Она не могла пошевелиться. Рука Мастера неожиданно вытянулась и схватила её за подбородок. Пальцы крепко сжали челюсть, и та раскрылась сама собой, словно ракушка. Сай в ужасе наблюдала, как пальцы засовывают внутрь её рта одну виноградину за другой.
Лицо начальника переменилось. Он словно исчез, а его место заняло иное отчаянное, жестокое существо. И его глаза были…
– Глотай! – прорычало оно голосом, только отдалённо напоминающим человеческий.
Пальцы жгли кожу. Шарики проваливались в глотку Сай, забивая изнутри. Заключённая обхватила руку, напрасно пытаясь отнять её от себя. Этот худощавый на вид, хрупкий человек обладал несоизмеримо большой силой. Сай задыхалась. Это был её последний рывок, последняя схватка за жизнь.
Ещё одно движение, и он свернёт ей шею. Этого она допустить не могла. Слишком многое стояла на кону. Её жизнь была ей слишком дорога. И она сделала выбор. На мгновение из обычного человека Сай превратилась в хищницу. Подавшись вперёд, она сомкнула зубы на ладони, прокусив её до крови.
Всё застыло на мгновение. Когда Мастер наконец отнял свою руку, удивлённо уставился на чёткий отпечаток зубов. На языке узницы застыла тёплая, солёная жидкость. Сразу захотелось сплюнуть её, избавиться от этого странного вкуса…
Вдруг Сай схватилась за челюсть. Пальцы прошлись по подбородку и губам. Она снова чувствовала их, шершавые, холодные подушечки, острые, кривые ногти. Мышцы, язык, каждый из ровных острых зубов.
– Ма–стер… – проговорила она своё первое за несколько дней слово и уголки её губ сами побежали вверх. Голос вернулся к ней, как и возможность улыбаться, жевать, глотать. Она могла подойти к блюду на столе и взять любой фрукт, впиться в его разбухшую, налитую соком плоть, почувствовать его.
– Вы… укусили меня.
Сай забыла, что в комнате ещё кто–то есть. Её поглотила эйфория. Она излечилась от своего недуга и была готова пуститься в пляс от нахлынувшей радости.
Была одна лишь неувязка – Мастер. Страшное существо исчезло, на его место снова вернулся начальник башни.
– Вы часто кусаете людей? – обиженно спросил он, рассматривая свою рану, – так принято в высшем обществе или только я удостоен чести?
– Прошу прощения, это вышло спонтанно.
Мастер разглядывал свою руку, словно после укуса она покрылась золотом. Он поднёс рану к лицу, вдохнул запах, лизнул кровь.
– Вам достаточно одного раза, или вы хотите повторить?
Вопрос поставил Сай в тупик. Она не ослышалась? Он хочет, чтобы она снова его укусила? Начальник и глазом не моргнул, как вытянул свою вторую, здоровую руку, предлагая её для укуса. Он даже подобрал рукав туники, чтобы Сай было удобнее. Поведение Мастера вызывало у неё разве что смятение.
- За кого вы меня принимаете?
– И всё же вы разговариваете, – с улыбкой, мягко сказал он, явно желая дотронуться до неё. Инстинктивно Сай вывернулась, испугавшись нового захвата. Она ещё помнила то жуткое лицо, с холодными, острыми чертами. Даже сейчас она всё ещё видела его и эти жуткие, красные глаза…
Подскочив с места, она бросила быстрые извинения и побежала к двери, благо она оказалась не заперта. Уже схватившись за ручку, она почувствовала острую необходимость оглянуться.
Начальник застыл, словно мраморная статуя. Он отчаянно пытался скрыть своё разочарование, но глаза выдавали его: они жадно сверкали ярко–красными рубинами. Сай показалось, что рот его начал медленно растягиваться, превращаясь в звериный оскал. Девушка зажмурилась и потянула на себя ручку двери.
Она упала прямо в руки корницена Туула, который ожидал её в коридоре.
– Всё в порядке, госпожа? – он выглядел ошарашенным, хотя не он был один на один с Мастером в его кабинете. – Я провожу вас обратно в камеру.