– Эх, Мастер… – протянул лекарь и убрал руку. Тепло тут же перестало разливаться по телу и Сай в миг озябла. Угли под котлом совсем не грели её койку, им едва удавалось кипятить мутное варево. – Вот бы у него что–нибудь отрезать. Если бы вы пришли ко мне сразу после укуса, я бы снял с ваших зубов частички его пота или кожи.
– Зачем это вам?
Кьялар посмотрел на неё так, словно она задала самый бессмысленный вопрос из возможных. Даже если бы она спросила его о том, как выбраться из башни, он был бы не так разочарован.
– А вам зачем было его кусать?
– Я защищала себя.
– Ваши инстинкты взяли вверх над вашим страхом. Вы были так напуганы, что сделали единственно возможное – перешли в атаку. Очень часто мы замираем, когда боимся чего–то. Страх нас парализует, заставляет застыть. Однако, единственным ответом страху может быть только движение, действие. Любое, на которые способно наше тело. Понимаете?
Сай слушала его только вполуха, уставившись на котелок. Вода в нём тихо бурлила, варево постепенно меняло цвет. Неужели это ответ? Движение побеждает страх?
– Вы можете идти. – Лекарь отошёл к шкафчику с баночками. – Надеюсь, не увижу вас завтра. И послезавтра тоже. Приходите пореже, если это возможно.
– Можно задать вам вопрос, господин Кьялар?
– Вы только это и делаете, а теперь решили разрешения спросить? Задавайте. Я оставляю за собой право не отвечать, если он мне не понравится.
– Вы используете магию, когда шепчите над моими ранами?
– Всего доброго, мисс, – Кьялар даже не повернулся, а просто указал девушке на открытую дверь.
Второй намёк не понадобился. Сай вылетела из лаборатории быстрее ветра.
Постепенно она начинала привыкать к странному лекарю. Вопрос о магии был не единственный, который она хотела ему задать. Почему он не боится колдовать в королевской тюрьме? Как он попал сюда, за какой проступок? Почему не умер, как другие маги? Почему же он прячет правую руку?
Однако Кьялар был из тех, кто умел обходить стороной любые резкие темы. Чем дольше Сай с ним говорила, тем больше понимала, что он бы прекрасно чувствовал себя на любом знатном балу в Санкторисе, там, где умение много говорить и мало рассказывать ценилось в разы лучше, чем здесь.
Если бы только не его увечье…
– Прошу, присаживайтесь, – не поднимая глаз от бумаг, сказал Мастер. С прошлого раза их явно прибавилось, поднос с чайником поставить было негде.
– Прежде чем мы начнём, госпожа Сай, ответьте на вопрос, – он подождал, пока гостья сядет. Она делала это теперь каждый день, как только выходила с тренировки. – Зачем вы хотите попасть в Лигу?
Девушка выдержала его пристальный взгляд, не произнеся ни слова.
– Это так важно? – наконец сказала она.
– Мне бы хотелось знать, что именно приводит вас ко мне изо дня в день. Вы ясно дали понять, что это не мои угощения и мой прекрасный внешний вид. Вы даже не заметили, как я сменил тунику на более дорогую. Так, зачем?
– Тот, кто продал её вам, явно неплохо заработал, – едва заметно усмехнулась Сай, – у прошлой материал был гораздо лучше: морумский шёлк один из самых качественных на континенте. То, что надето на вас сейчас – лишь жалкая подделка.
– Значит, вы всё–таки заметили.
Сай прикусила язык. Она и не обращала внимания, как порой пристально таращится на Мастера. Ей казалось, что она должна знать о нём всё, чтобы наконец пройти его испытание. Как он ходит – медленно, не торопясь, как сидит – развалившись в кресле, как дышит – глубоко, едва слышно. Важна была каждая деталь, которая поможет ей побороть то существо, что рождает темнота его кабинета. Чем больше времени Сай проводила с ним, тем больше она уверялась в том, что Мастер, которого она знала и чудовище, забившее до смерти иссерийцев, – не имели друг с другом ничего общего. Они были слишком разными. Они просто не могли подчиняться воле одного и того же человека.
Уголки бледно–розовых губ Мастера поползли вверх. Он поднялся из–за стола и медленно приблизился к Сай. Его рука потянулась к обрубкам, которые остались от её некогда пышной косы. Он почти дотронулся до них. Лицо его было так близко, что девушка могла видеть каждую ресничку, каждый волосок его густых бровей; чувствовать горячую кровь, бегущую по венам. Словно ключ бьёт из–под земли.