– Вероятно, нет, Мастер.
– Прошу вас также воздержаться от праздного шатания. Столовая, главная лестница и, разумеется, ваша камера – единственные места, где вас ожидает увидеть стража. Окажись вы где–либо ещё, в том числе на внешней лестнице или даже рядом с ней, – вас немедленно арестуют и направят в мой кабинет для разъяснений. Правила в башне строги, но именно благодаря им она столько лет исправно выполняет свой долг.
– Могу я знать, где находится колодец? Разрешается ли мне доступ к ванной комнате?
– К ванной?..
Раздался стук. Взгляд Мастера метнулся за спину заключённой, всего на миг остановившись на лице Сай. Дверь скрипнула и отворилась, впуская внутрь новый поток холодного воздуха и шум стальных доспехов.
В комнату вошёл стражник, судя по одеянию рангом значительно выше тессерария Белеса. С длинной мантией, украшенной меховым воротом, его броня отдавала холодным блеском. Тёмные, миндалевидные глаза скрывались за парой очков в тонкой, искусно выполненной оправе. Лицо было слегка порозовевшим, дышал он прерывисто, словно сильно торопился. Он отдал честь начальнику и бросил обеспокоенный взгляд на Сай.
– Я смотрю, вы уже начали, Мастер, – тут же выпалил стражник, – боюсь, мне пришлось задержаться в столовой. Возникла небольшая неурядица.
– Я уверен, вы прекрасно с ней справились, легат Камиллус.
– Разумеется, Мастер. К тому же, половина проблемы, как оказалась, была направлена в ваш кабинет для проведения инструктажа.
– Неужели? – начальник окинул узницу заинтересованным взглядом. – Прошу прощения, Камиллус, вам придётся стоять. Я не решусь поднять на ноги женщину в таком плачевном состоянии… Расскажите же, что случилось?
– Пришлось останавливать перепалку. Я предполагаю, что эта девушка повздорила с одной из заключённых, той маленькой дикаркой из лесов Вердента, что попала к нам пару недель назад.
Мастер раздосадовано покачал головой. Сай стиснула руки, впившись острыми ногтями в ладони. Ей хотелось тут же оправдаться, прояснить ситуацию, но вклиниваться в разговор было не вежливо.
– Признаюсь, я удивлён, – не меняясь в лице, продолжил докладывать легат. – Знатная дама вступает в конфронтацию с девчушкой с окраины. Вероятно, у неё были свои причины, однако я бы настоятельно рекомендовал воздерживаться от такого поведения. Не ведитесь на провокации, госпожа. Люди из лесов Вердента крайне ограниченный народец. Среди них много отступников и невежд, не говоря уж о еретиках.
Его слова были скорее обращены к узнице, однако взгляд легата не отрывался от начальника башни.
– Я беспокоюсь, Мастер. Не стоит ли подыскать для госпожи Сай камеру, подальше от этой безбожной черни? Если она будет жить рядом с другими заключёнными на нижних этажах, я более чем уверен, что эта перепалка будет не последней.
– Что же вы предлагаете, Камиллус? Я весь внимание.
– Подыскать ей место на верхних этажах, подальше от туннелей, где ей не придётся пересекаться ни с бунтовщиками из Иссерии, ни с дикарями из Вердента. Для нас честь принимать такую высокопоставленную особу, и я бы не хотел заставлять её проводить время с людьми недостойными даже дышать в её присутствии.
Сай боялась шевельнуться. Она не могла поверить своим ушам и лишь краем глаза смотрела в сторону Камиллуса. Ей было совершенно незнакомо его лицо, фамилия его также не вызывала воспоминаний. Возможно, она встречалась с ним на приёме во дворце?
– Могу ли я узнать, что предшествовало скандалу? – Поинтересовался Мастер. – Почему дикарка из Вердента взъелась на вас?
Под пристальным взглядом начальника башни Сай съёжилась. Она не ожидала, что он обратится к ней напрямую.
– Если позволите, со слов тессерария Белеса, – снова вступился легат, – заключённые в столовой называли её «ведьмой».
– Ведьмой? – переспросил Мастер, не без удивления. Сай перестала даже украдкой смотреть на него. Она сосредоточилась на небольшом камешке, похожий на необработанный кварц, который использовали, как держатель для бумаги.
– Я полагаю, до вас доходили слухи.
– Эта госпожа применяла магию?
– Так установил суд его величества, да.
– В её документах нет ни слова о магии.
– Вполне возможно судья проявил милосердие и не стал указывать такой постыдный факт. Госпожа Сай была единственной среди заговорщиков, кого помиловали и направили сюда. Вменять ей применение магии значило только подливать больше масла в огонь. По моим сведениям, её с позором выдворили из столицы, семья отреклась от неё и лишила фамилии. Какая незавидная судьба для юной девушки, наивностью которой явно воспользовались.