Сабан подумал, что для человека, который всегда с большой неохотой раздавал подарки, его брат на этот раз был необыкновенно щедрым. Скатэл на этот раз выглядел довольным и лучезарно улыбался, потому что не верил, что новый вождь Друинны теперь будет препятствовать передвижению камней. А чем скорее камни окажутся в Рэтэррине, тем скорее золото Слаола вернётся в Сэрмэннин. Однако Стакис, поблагодарив за подарки, хотел большего. Он хотел помощи Рэтэррина в поимке человека, который оспаривал у него предводительство в Друинне. О сыне Мелака говорили, что он теперь изгой в лесах, но он увёл с собой три отряда воинов, и эти люди постоянно совершали набеги на владения Стакиса.
— Принесите мне в корзине голову Келлана, — сказал Стакис, — и можете перевозить любые камни Сэрмэннина через мои земли.
Хэрэгг робко подошёл к Джегару и стал упрашивать принять предложение, но Джегар казался в замешательстве. Он спрашивал, где Келлан, сколько с ним человек и какое у них оружие? А почему Стакис сам не выловил своего соперника?
Стакис объяснил, что он пытался, но Келлан постоянно скрывался от него на юге Рэтэррина.
— Если ваши люди пойдут на запад, — сказал он, — а мои — на восток, мы поймаем его.
Это казалось простым предложением, однако Джегара оно всё ещё смущало. Как Стакис может быть уверен, что Келлан не ушёл на юго-запад к людям Дюрэна? Говорил ли Стакис с вождём Дюрэна?
— Конечно, — сказал Стакис, — и он не встречал Келлана.
— Мы тоже не встречали его, — заявил Джегар. — Мы могли бы поискать его, однако если человек не хочет быть найденным, леса могут спрятать его навсегда. Мой друг Сабан, — он послал Сабану издевательскую улыбку, — желает перевозить камни в ближайшее время. Может быть, он привезёт некоторые уже этим летом! А если он будет должен ждать, пока мы не обыщем каждое дерево и не обрыскаем каждый кустик, камни никогда не привезут. Кроме того, Келлан может быть уже мёртв!
— Он жив, — сказал Стакис. — Но для меня будет достаточно, — признался он, — если вы согласитесь поймать Келлана. Дай мне это обещание, Джегар, и я пропущу камни через свои земли.
— Без дополнительной платы? — спросил Джегар, оставляя открытым вопрос о Келлане.
— Все собирают плату за провоз товаров через их землю, — сказал Стакис, поворачиваясь к посланникам Сэрмэннина. — Вы должны заплатить мне бронзой в таком количестве, чтобы сделать одно копьё за каждый камень, перевезённый через Друинну, а за каждые десять камней вы дадите ещё по наконечнику.
— Мы дадим вам бронзовое копьё за каждые десять камней, — предложил Сабан. Он не имел полномочий говорить за Керевала, но он понял, что цена Стакиса была чрезмерной. Он перевёл свои слова вождю Сэрмэннина, который одобрительно кивнул
— Сколько будет камней? — спросил Стакис.
— Семь десятков, — сказал Сабан, — и ещё два.
Люди Друинны открыли рты от изумления. Они думали, что Сэрмэннин передаёт два-три десятка камней, а не вдвое больше.
— Я хочу копье из бронзы за каждый камень, — настаивал Стакис.
— Позволь переговорить с Керевалом, — сказал Сабан, затем склонился к Керевалу и перешёл на язык Чужаков. — Он требует слишком много.
— Я дам ему десять копий, — сказал Керевал, — и не больше. — Он посмотрел на уже поднесённые дары. — У него уже есть целая корзина наконечников для копий! Все его люди будут с оружием из металла!
— За каждые десять камней, — сказал Сабан Стакису, — мы даём одно копьё. Не больше.
Джегар с развлечением наблюдал за перепалкой. Не успел Стакис ответить на предложение Сабана, как на лесистых холмах к северу от места встречи, прозвучал рог. Стакис нахмурился при этом звуке, но Джегар успокаивающе улыбнулся.