— Эти арки, — Камабан постучал по четырём менее высоким аркам, — смотрят на лунные камни. Они позволят умершим вырваться из власти Лаханны. Куда бы она не направилась, на юг или север, на восток или запад, умершие найдут проход в Дом Слаола.
— А из Дома Слаола, — сказал Хэрэгг, — мёртвые выскользнут через самую высокую арку?
— И таким образом мы заберём умерших от Лаханны и отдадим их Слаолу, — согласился Камабан, — а именно Слаол даёт жизнь.
— Ворота луны, — одобрительно сказал Хэрэгг, — и арка солнца.
— Это ещё не всё, — сказал Камабан. Он взял тридцать деревянных брусков и поставил их в виде широкого круга вокруг Дома Солнца. Все камни, кроме одного, были одинакового размера — все правильной четырёх угольной формы и пониже центральных арок. Но последний из столбов, хоть и той же высоты, как и остальные, был в два раза меньше в ширину.
— Эти столбы показывают дни луны, — объяснил Камабан и Хэрэгг кивнул, так как он понял, что эти тридцать камней символизируют двадцать девять дней и половину дня, за которые луна проходит от зарождения до полноты. — И Лаханна увидит, что мы признаём её.
— Но Слаол … — начал Хэрэгг, недовольный тем, что Камабан окружил Дом Слаола кольцом, посвящённым луне.
Камабан цыкнул на него, взял ещё тридцать деревянных брусков и положил их один за другим на вершины камней кольца, замкнув круг перекладин.
— Мы сделаем кольцо из камней, — объяснил он, — символизируещее Слаола. Лаханна будет двигаться вдоль кольца и поймёт, что её долг — подчиниться Слаолу.
— Небесный круг, — тихо сказал Сабан. Он не знал, как это можно сделать, но почувствовал прилив душевного волнения, глядя на деревянные бруски. «Это будет великолепно», — подумал он. Потом он понял, что это будет трудно, так как храм будет из камней, а их невозможно так же легко передвигать и обтёсывать, как дерево.
Камабан взял последний брусок и поставил его на удалении от остальных — туда, где на склоне холма была проложена Священная Тропа.
— Это, — сказал он, постучав по последнему бруску, — наш Камень Солнца, и в день Летнего Солнца его тень дотянется в Дом Солнца, а в день Зимнего Солнца луч света пройдёт сквозь самую высокую арку и достигнет камня. И когда Слаол будет очень слабым, его последний луч коснётся камня, отмечающего его самую большую силу.
— И Слаол вспомнит, — сказал Хэрэгг.
— Он вспомнит, — согласился Камабан, — и захочет вновь обрести свою силу. И он будет бороться с зимой, и подойдёт к нам ближе. Ближе и ближе, пока его круг, — он дотронулся до Небесного круга, — не совпадёт с двенадцатью кругами Лаханны. И тогда Слаол и Лаханна вступят в брак, а мы обретём счастье.
Он замолчал, пристально глядя на свой храм из дерева, но внутренним зрением он видел его сделанным из камня на зелёном склоне холма, и окружённым рвом и насыпью из ослепительно белого мела. Меловой круг, кольцо из камней и арки Дома Солнца — они будут призывать далёких богов вернуться к своим истокам.
Сабан пристально смотрел на деревянные бруски. Их тени образовывали сложный тёмный рисунок, освещённый красным светом очага. «Камабан прав, — подумал Сабан. — На всей земле не существует ничего подобного. Ничего подобного этому под небесами и между тёмными морями». Сабан никогда не мечтал о храме таком великолепном, таком совершенном, и таком трудном для создания.
— Это можно сделать? — спросил Камабан со следами беспокойства в голосе.
— Если боги пожелают, — ответил Сабан.
— Слаол желает, чтобы это было сделано, — уверенно ответил Камабан. — Слаол требует, чтобы это было сделано! Он хочет, чтобы это было сделано за три года.
Три года! Сабан скривился от этой мысли.
— Это займёт намного больше времени, — мягко сказал он, ожидая сердитого возражения.
Камабан отмахнулся от этой мысли, покачав головой.
— Требуй всё, — сказал он, — что тебе будет нужно. Люди, брёвна, полозья, быки. Всё, что бы тебе ни захотелось.
— Понадобится много людей, — предупредил Сабан.
— Мы будем использовать рабов, — постановил Камабан. — А когда всё будет сделано, ты воссоединишься с Орэнной.
И Сабан начал работу. Он делал её с радостью, потому что был воодушевлён видением Камабана и страстно стремился к тому дню, когда боги вернутся к своему правильному рисунку, и придёт конец всем несчастьям мира. Он и Мерет собрали команду людей, чтобы валить дубы в лесах вокруг Мадэна. Там дубы будут обтёсаны, разрублены и превращены в салазки. Каждые салазки должны состоять из двух широких полозьев, соединённых тремя массивными брёвнами, на которых будет лежать камень. А четвёртое бревно должно быть впереди, к нему будут запрягать быков. Люди смогли бы тянуть некоторые из самых маленьких камней, но для больших камней — десяти высоких, из которых будет построен Дом Солнца, и тридцати, которые будут удерживать в воздухе Небесный Круг — понадобится много упряжек волов. Надо было просчитать их количество. Для упряжек волов понадобятся верёвки, что означало, что дополнительно будет забито много волов, их шкуры выдублены, затем разрезаны и скручены в крепкие верёвки. В Рэтэррине и Каталло волов было недостаточно, и Гундур и Ваккал повели своих воинов в дальние походы. Сабан делал дополнительные верёвки, размачивая ободранную кору липы в наполненных водой ямах, а когда волокна разделялись, сплетал их в длинные шнуры, которые потом кольцами свернул в кладовой.