Отчего же не согласиться, если община будет и его защищать? Он теперь один из них, пусть и временно, значит, придется подчиниться общим законам. И Денис кивнул. Вот только учиться владеть чужим оружием – это посложнее. Никаких дротиков в метро не было и в помине. Вспомнив Индейца с его ножами, Денис твердо решил: учиться будет. Легкая зависть к умению, которым не обладал, придала уверенности в своих силах.
– Вот как только видеть получше будешь – начнем учиться. А пока определим тебя к кузнецу в помощники.
– К кому?
Станислав вздохнул так, что даже Денису было слышно:
– Вы там в метро совсем одичали, что ли? У вас кто из железа вещи делает?
– Мастерские. Наверное…
– Ясно. Ну вот, это вроде того. Только без станков с электричеством.
Алексей пытался что-то говорить, но сейчас Елена его не слышала. Да, завтра она будет держаться совсем по-другому, но сегодня… И девчонка права: кому теперь нужно ее спокойствие? Кого она теперь интересует? Конечно, ее не задвинут сразу на задворки бункера, а никаких привилегий у нее и до того не было. Но большинству и в голову не приходило, что Главный Привратник такой строгий воспитатель и почти не делал поблажек даже своей племяннице. И Алексей теперь мог оставить Елену в покое, карьеру он сделал и без ее помощи, она совершенно бесполезна. Как была бесполезна маленькая девчушка на его руках… Но почему-то он не бросил ее тогда, хоть мог и отказаться, сам был еще ребенком. Не бросит и сейчас. Он и сам не замечал, что его рука теперь не просто лежит на ее плече, а вполне определенно гладит спину. А Елена застыла под этой рукой, затаив дыхание: он все-таки решил воспользоваться ее беспомощным положением! И что теперь делать, она не знала.
– Лёш, ты что делаешь? – глухо прозвучало из недр подушки.
Алексей наклонился к ней, не расслышав сначала, потом понял смысл вопроса и улыбнулся. Это ж рефлекс, обычно девушки в его постели бывали совсем по другой надобности. Но ведь Елене этого не расскажешь…
– Да ничего… Лен, я только повторить могу то, что уже предлагал. Ты сказала мне «нет». Но ты понимаешь, что такой человек, как я, тебе нужен. И сейчас – тем более. Ты сама сказала, что теперь ты… Ты не можешь быть никем, я не позволю этого. Лен, да не бойся ты! Я в любом случае не позволю! – Но он чувствовал ее страх и недоверие. Сейчас следовало отступить и не настаивать. – Лена, я пойду, у меня дел много. – Опять не так сказал, получается, что он ее бросает. До чего же нелегко с приличными девчонками, да еще влюбленными в другого человека, которого, вероятно, уже мутант какой-нибудь переваривает! Алексей осторожно вытащил подушку из ее рук, хоть и с трудом. – Намокла уже. Сейчас я тебе другую принесу.
Вернувшись, он так и не удостоился ее взгляда. Почти не изображая разочарование, вздохнул:
– И молчание было ему ответом! Лен, не дуйся. И не уходи, пожалуйста. Меня до ночи не будет, отдыхай спокойно.
Дел действительно было много, так что он и думать забыл о личных проблемах до самого вечера. Потому что обнаружил еще один недостаток нового руководящего положения: стоило ему взяться за паяльник и открыть распроклятый щиток, Хлопов вытаращился в недоумении. Сам Привратник взял в руки инструмент! Даже не недоумение это было, а просто священный ужас. Логику Хлопова Алексей уловил: этак и остальным Привратникам придется руки замарать работой! Плохой пример, плохой. На то же, чтобы, стоя за спиной стажера Димы, перепуганного электричеством насмерть, объяснить, что нужно делать, ушло в десять раз больше времени. Он устал, как собака, до предела вымотался. Некоторые педагогические навыки Алексей уже приобрел благодаря Лене, но тут просто редкая бестолочь попалась! И все же пришлось терпеть, положение теперь обязывало. Разочарование постепенно зрело внутри. Стоило ли это всё затраченных усилий?
Дверь медпункта Алексей давно открывал, как свою собственную. Врач сейчас уже должен был предаваться заслуженному отдыху, но медсестра была на месте.
– Господин Привратник! – Наталья улыбнулась. – Привет, Лёша, чем обязана визиту столь высокого гостя?
– Наталья Дмитриевна, не желаете ли вы… Нестерова помянуть или мою новую должность отметить? – Но хитринка в голубых глазах вдруг потухла, Алексей тяжело плюхнулся на стул и опустил голову. – Наташ, налей. Очень надо.