– Я ожидал от вас более сдержанной позиции!
Впору было вылупить глаза в удивлении: заговорил-то как! Вылитый Нестеров. Но надолго дипломатии Сергея Петровича не хватило:
– Не рано начали выступать, Колмогоров? Неужели у вас еще подростковый протест в заднице играет? Я-то думал, в тридцать пять мужик уже должен взвешивать свои решения.
Незачем поправлять его насчет возраста: не девушка, переживет. Просто стоило бы знать своих получше. По фамилии называет, небось потому что имя не соблаговолил до сих пор запомнить. Семь лет Алексей представлял в Совете технические службы, и два последних – в качестве руководителя. Получается, для Никитина был пустым местом. Ну, скоро тут другое место опустеет…
– Протест не подростковый, Сергей Петрович, я согласился с остальными. Их позиция показалась мне убедительной.
– И руку тянул, как отличник. Вперед всех. Так что там с, так сказать, сигнализацией?
– К вечеру будет план. А установка завершена.
– Всё у вас через одно место делается! Свободны!
Лаконично. Может, еще и поклон ему отвесить? Алексей молча повернулся к двери. Он теперь равный среди них. Забыть про субординацию. Отчет только перед Советом, не перед этим… Совет неразрушим. И центр сейчас сместился немного в сторону от президиума. Только вот Никитин злопамятен, если уж что-то вбил себе в голову – так просто не отпустит. Алексей взвешивал последствия своих решений и в этом сегодняшнем не сомневался. Враг силен, но не всесилен.
– Стасик, ты лучше выглядишь! – Амалия Владимировна улыбалась, теперь Денис ясно видел ее добрую улыбку. Старушка могла иногда быть и резкой в словах, но уж если радовалась, то искренне. – Теперь совсем другое дело. Я уж думала, в Старейшины решил окончательно записаться. Не надо было так старательно отращивать на лице эту полуседую мочалку, тебя и без того все серьезно воспринимают. А некоторые даже слишком…
Денису показалось, что она посмотрела на Анастасию. Рядом с ней сидела Ива, улыбнулась Бабке в ответ и повторила:
– Стасик! Лучше, чем дядя Стас. Да, мам?
Взгляд у девочки такой же уверенный, как у матери, и такие же темно-рыжие волосы, те же точные, быстрые движения. Как показалось Денису, девочке было не меньше десяти лет, но он мог и ошибиться. «Стасик» насмешил всех за столом, включая и самого Станислава. Он только полушутя нахмурился на Ивушку И пояснил:
– Мы все, Дэн, для нее Стасики, Сёмочки… Мальчики, одним словом. Никто не обижается, давно привыкли. Но могла бы Амалия за столом и не говорить…
– Стас, мы же только к обеду и вышли, где бы она тебя раньше увидела?
– Точно. Сам не подумал.
Слово «Старейшины» не выходило из головы. Денис припоминал, что в метро тоже где-то слышал об этом. Столько новой информации свалилось на него в последнее время, что некогда было и подумать о Елене. Только глухой ночью, когда он уже падал на кровать без сил после тренировок и прогулок по лесу, можно было вспомнить ее. Теперь всё было не так, как раньше. Елена осталась совсем одна, Главный Привратник убит, и некому о ней позаботиться. Надо что-то придумать! Как-то забрать ее оттуда. Время шло, но ничего разумного в голову не приходило. Придется снова просить помощи, или хотя бы совета. Как поступить?
Денис никогда не считал себя трусом, не был и нерешительным, наоборот, слишком быстро приступал к делу, часто не успевая обдумать всё как следует. Отвечая только за себя, не оглядываясь ни на кого, это было просто и легко. Чаще за него решал кто-то другой. Начальник сталкеров Казаков, или Дредд-Доронин тогда в пути. Думать ему просто не приходилось: был приказ, были четкие инструкции почти на все случаи жизни. А когда оглушенный первым серьезным чувством Денис не знал, что предпринять, никто не мог дать ему совет, и не было подходящей инструкции. А сам он не спросил.
Тимофей отучил от излишней доверчивости, теперь попросить было труднее вдвойне. До сих пор Денис чувствовал боль – обман напарника ранил сильнее, чем он предполагал. Всё так запуталось! Станислав уже помог тем, что не позволял сидеть без дела. Еще недавно Денис думал, что жизнь закончилась. Что нет выхода и ничего нельзя с этим поделать. Да, нельзя. Но можно жить дальше и попробовать исправить то, в чем ошибся. Нужно встретиться с Еленой и забрать ее оттуда. Навсегда. Теперь осталось придумать как… Наступала ночь, и он снова думал только об этом.
Станислав понимал всё. И когда Денис шуршал, мешая тому спать, снова в недовольном ворчании слышалось прозвище «Ромео». Кто же это такой, что все его знают?! Все, кроме самого Дениса…