Ответить сыну было нечего, и Семен только опустил взгляд, потому что Юрку его раздражение безразлично, а Ване непонятно. Анастасия положила руку мальчику на плечо, успокаивая:
– Пошутил дядя Юра, они ловушки проверять пошли.
– А почему на них такая одежда?
– Она удобная очень. Им придется долго идти, через буреломы лазить. Но к утру вернутся. Правда? Правда, Стас?
Станислав промолчал.
– Пойдем, Вань, не будем им мешать.
Калинин облегченно вздохнул и сдернул мешковину с большого рюкзака. Денис уже слышал об огнемете, но такой конструкции раньше не видел. Шланги, пружины какие-то… Патроны раздали всем, кроме него, буркнув:
– Обойдешься пока. Получишь в бункере.
Если бы Денис не знал точно, кто сейчас облачался в ОЗК, решил бы, что людей просто подменили. Знакомые ему Юрий и Морозов даже двигались по-другому! Чувствовали себя увереннее с автоматами и карабинами в руках, и от охотников, неслышно ступавших по лесу, в них ничего не осталось. Денис, уже отвыкший шуметь, решил оставаться самим собой. Только Станислав задержался на поляне, чтобы что-то положить на лист лопуха.
– Стас, ты ненормальный! – прогудел в противогаз Юрок.
– Не больше, чем ты, – ответил тот. – До бункера еще добраться надо.
Алексей прождал два часа, но Елена так и не пришла. Терпение закончилось, и он, прихватив с собой книгу, отправился к ней сам. И где же она может пропадать после одиннадцати часов вечера?! Он дернул ручку. Заперто, но снизу пробивается полоска света… Это что еще за новости?!
– Лен, я знаю, что ты там. Открой. Ты же обещала!
Тишина в ответ.
– Лен, ты обиделась на что-то? Что я сделал? Не понимаю, объясни мне! Я и отсюда услышу.
Изнутри не донеслось ни шороха. Как будто комната пуста, но он чувствовал, что это не так. Сам не знал, каким образом. Давящее молчание взвинчивало и без того неспокойную сейчас нервную систему: есть же предел терпению! Сначала Никитин, теперь и еще девчонка… Хватит с него! Во всяком случае, для одного дня неприятностей предостаточно.
Каждый раз он надеялся, что дело не ограничится одним разговором, и ждал чего-то большего. Но снова не улавливал подходящего момента. И, вероятно, Елена это почувствовала, поэтому затаилась и не открывает, чтобы лишний раз не оставаться с ним наедине, да еще так поздно.
Как объяснить ей, что в его воображении всё уже состоялось не один раз? Он точно знает, что предпринять, и девушка не останется недовольна. Он согласен на любые условия, даже опять на эти чертовы пеленки и наследника, если ей нужно! Это как раз было даже неплохо, Алексей еще не забыл окончательно навыки обращения с детьми. Но попозже! Года через три. Когда с положением в Совете наступит полная ясность. И пусть сначала они будут только вдвоем… Что в голове творится?! Опасные мысли, пора тормозить. Пообещать можно, но когда собрался выполнять обещанное – это уже не шутки.
– Слышишь меня? А с книгой мне что делать? Оставить тут? Ты возьмешь? – Не отвечает. – Или завтра, если твое настроение изменится…
«Если»! Да сколько же можно Привратнику упрашивать девчонку? Хорошо, не видит никто – позора не оберешься. Готов уже застенчиво скрестись в комнату к какой-то… Да, готов. Потому что пока, кроме авансов, от девушки ничего не получил, интерес к ней еще сильнее становится. Неужели все настолько далеко зашло? Нет, с этим надо уже завязывать, а то он превратится в тряпку окончательно. Всё! Собрать силу воли и уйти. Лена не первая и не последняя. И далеко не единственная.
– Лен, слышишь? – он выпустил из рук растрепанный томик в мягкой обложке, книга хлопнулась на пол. – Книга лежит. Я ушел. Выходи и забирай.
Не поддаваясь желанию проследить, выйдет ли Елена, он решительно направился к лестнице. Второй этаж… Скоро ее переведут сюда, в общагу. Она будет ближе и одновременно дальше от него. Потому что ни один Привратник не переступит порога общежития иначе как с ревизией. Не соответствует статусу. А сама она не придет… И какого черта он так долго ждал?! На сегодня уже поздно искать замену Ленке, еще одну подобным образом уговаривать – никаких нервов не хватит. Да, ночь спокойной не будет, это точно…
Страх исчез окончательно, только от неожиданности она слегка вздрогнула. Звук его голоса даже не вызывал эмоций. Просто это какой-то шум… И непривычно резкие, командные интонации последних Лёшкиных слов не удивили. Нужно двигаться, но Елена не могла себя заставить встать и хотя бы подобрать с пола книжку. Она-то чем виновата? К тому же может помочь отвлечься хоть немного. Про любовь… Вот только не хватало! Ставить это слово в один ряд с его именем! А если ошибка? Нет, нужно проверять. А как? Догадки, только догадки. Алексей сам приучил ее к ясному мышлению. Что останется, если убрать испуг и шоковое состояние? Ни единого факта. Но как четко сложились предположения… Он сказал, что Никитина нужно похоронить, но не сказал, что он убивал кого-то. А чего она ждала? Подробного и развернутого признания, произнесенного Лёшкой сквозь грязные ругательства в приступе бешенства? Так ведь Никитин любого доведет.