- Нет. Лучше уж сразу умереть, чем сидеть в тюрьме, - говорю невесело.
- Все познается в сравнении? – тут же раскусила меня Зенова. Умная все-таки девчонка, сообразительная.
Ничего не отвечаю на этот вопрос. Начинаю искать в карманах хоть какую-то наличку. В итоге в моем кошельке оказалась только тысячная купюра.
- Не густо, конечно, но хоть что-то, - заключает она, отбирая у меня купюру и направляясь к магазину, который не внушает доверие качеством еды, но выбора у нас нет.
- Э, а у тебя сколько есть? – иду быстрым шагом за ней.
- У меня нет ничего, - отрезает она сразу.
- Я верну все твои копейки, как только смогу! – начинаю опять психовать.
Зенова останавливается, поворачивается ко мне лицом и ухмыляется:
- Вы думаете, что я зажилила свои копейки?
Она тут же опускает руки в карманы своих светлых брюк. Выворачивает их, показывая, что они полностью пусты.
- Рюкзак тоже выворачивать будем? – спрашивает недовольно девушка, будто с претензией ко мне.
- Я что ли начал?! – отбрыкиваюсь от нее и захожу в магазин.
Мда. Таких магазинов не видел давно. За прилавком женщина средних лет, не просто полновата, а даже толстовата. Как она проходит между прилавком и стеллажом за ней, непонятно. Не успеваю оглядеться, как Зенова уже делает покупки.
- Дайте, пожалуйста, бутылку воды, батон и… Отрежьте нам сыра. Грамм сто.
Женщина смотрит на нее устало. С каким-то скепсисом что ли. Зенова же продолжает ей улыбаться, не обращая внимания на отношение к ней постороннего человека. Мне бы так…
Что-что, а я бы уже давно взорвался на тетку, которая бы смотрела на меня с пренебрежением. И с недовольством начала собирать заказанные нами продукты.
- Нет не этот сыр. А вон тот, - поправляет ее Зенова, указывая на большой кусок сыра гораздо дешевле предложенного продавщицей.
- Зенова, а может хоть на продуктах не будем экономить? Я не ем эту гадость!
Мне не нравится магазин в принципе. Мне не нравится мое положение сейчас. Я еще ни разу не был в такой абсурдной ситуации. Мне не свойственно есть дешевку!
Ой, ладно… Кого обманываю…
- Не едите?! – будто обрадовалась Зенова. – Значит, мне больше достанется. Я есть хочу. Жутко и очень сильно.
Девушка улыбается мне, отчего невольно залип на ее лице. Как она может улыбаться?! Сейчас! Когда за нами погоня, когда нас могут пристрелить двумя выстрелами в упор. Вот только непонятно, зачем они за нами погнались? Зачем стреляли в меня?
По факту ни я, ни Зенова их лиц не видели. Кто его знает, что там Мамедова натворила?! Я ею не интересовался никогда. Мне было достаточно, что она хорошо делает свою работу. Вот только оказалась нечиста на руку. Может быть, она не только у меня деньги воровала?
Зенова рассчитывается моей купюрой, и я просто обалдеваю от суммы. Чуть больше ста рублей. А все потому, что она взяла дешевый сыр, да еще и всего сто грамм, что мне на один зуб. У меня зрение отличное, поэтому я обратил внимание на ценник под бутылкой воды, которую мы взяли. Черт. Можно было воду и из колодца попить. Или даже из лужи…
Выходим на улицу под пронзительный взгляд продавщицы, от которого у меня даже дрожь по спине пошла. Очень неприятная женщина. То ли дело моя помощница, которая стала задавать слишком много вопросов.
- У вас есть близкие родственники?
- Какие именно? – недовольно отвечаю, хотя мне этого и не хочется.
- Родители, братья, сестры, жена? – останавливается она и ждет от меня ответа.
- Нет, - быстро отвечаю ей и иду дальше.
Она не сходит с места. Ждет, когда остановлюсь и повернусь к ней. Это типичная женская манипуляция. Верховодить над мужчинами, оказавшимися в сложном положении, они любят. Поэтому приходится остановиться и повернуться к ней.
Почему-то Зенова смотрит на меня серьезно. Возможно, даже немного осуждающе.
- Вы можете не рассказывать мне всех подробностей своей личной жизни. Но должны понимать, что эти люди могут наведаться к вашим близким родственникам. Друзьям, к примеру. И если у них есть оружие, они им воспользуются. Если вас не найдут.
Пришлось задуматься. У меня нет никого. В смысле жены и друзей. А вот родители…