-Алина? – я подскочил на ноги и склонился к ней.
Девушка сморщилась и медленно разлепила опухшие глаза. Открыла рот, но скорчилась от боли.
-сейчас, подожди. – я взял стакан воды, приподнял ей голову, давая сделать несколько глотков.
Она слабо подняла руку, увешанную датчиками и катетером, показывая, что напилась. Я уложил её обратно и снова взял за руку.
-дети. – с трудом прохрипела она.
-с ними всё хорошо, они дома. Ты молодец, конфетка, ты молодец.
Улыбнувшись, она прикрыла глаза и из уголков полились слезы.
- Не надо, не плачь, всё уже хорошо. – я вытер мокрые дорожки с её щек, погладив по волосам.
-я думала, что всё. Как мы вышли? – справляясь с болью в обожженном горле, спросила она.
-когда я тебе позвонил, то был в городе. Решил сделать сюрприз.
Перед глазами снова всплыла картина того дня. Я положил трубку и свернул в сторону магазина. Солнце слепило глаза, включил музыку погромче и стучал пальцами по рулю в такт. Мимо пронеслась пожарная машина, затем еще одна. Я перестроился, пропуская летящую им вслед карету скорой помощи. Поехал дальше. Настроение было радужным в предвкушении встречи с моей малышкой. На заднем сидении лежал букет её любимых пионов. В паре кварталов от торгового центра я увидел дым, поднимающийся в небо. Со всех сторон стекались машины экстренных служб. Сердце застучало о рёбра, предчувствуя страшное. Я влетел на парковку, оцепленную мчс. Толпа валила из дверей магазина. Выбежав из машины, я набирал Алину дрожащими руками, но она не отвечала. Я кинулся к краю оцепления, расталкивая зевак и всматривался в покидающих здание людей и не видел их там.
-Алина! Мила! Ваня! – я выкрикивал их имена, бросившись в поток спасающихся от огня людей. Сверху падали вывески, осколки выбитых окон, куски облицовочной плитки. Люди вылезали в окон и прыгали в растянутые «кубы жизни». Кого-то снимали на лестницах и технике. Меня толкали со всех сторон, не давая пробраться дальше. Кое-как выбравшись из потока, я хотел забежать внутрь, но меня перехватил пожарный.
-стой! Куда? Беги отсюда! – он толкал меня обратно за оцепление.
-у меня там девушка, дети! – рвался я дальше.
-рушится всё, уйди! Найдем мы их, мужик, уходи!
Оттолкнув его, я вырвался вперед и побежал к зданию, крича в толпу имена снова и снова. Раздался взрыв, закрыв голову руками, я отбежал. На голову посыпались осколки, впиваясь в кожу. Верхний этаж рухнул. Я упал на колени, не веря в происходящее. Время остановилось, когда я смотрел на огонь, черные клубы дыма, суетящихся пожарных и лежащих на земле людей. Кровь, крики и паника охватили всё вокруг, завладевая моим разумом. Уронив голову на грудь, я смотрел на свои окровавленные руки, словно они чужие. Стук. Я вытащил осколки из руки. Стук. Я поднял глаза в небо. Стук. На лицо падали хлопья пепла, словно снег. Стук. Крик. Стук. Крик.
Я прислушался. Поднялся на ноги и пошел на звук, пальцами упираясь в стену. Дверь. За ней стук.
-помогите!
-Алина? – тихо пробормотал я.
-мы здесь!
-Алина! – уже закричал я, дергая дверь.
Заперто! Схватил кусок арматуры, подсунул под прогал и навалился всем телом.
-там есть кто-то? – спросил мужской голос сзади.
-там люди! – крикнул я.
Вторая пара рук схватилась за арматуру. Секунда. Две. Три. Дверь подалась и с грохотом открылась. В этот момент Алина упала ко мне в руки. Дети выбежали следом и вцепились в неё, громко рыдая.
Сверху раздался еще один взрыв. Повесив мою маленькую девочку на плечо, я схватил Ваню под мышку, взял за руку Милу, и мы побежали в сторону оцепления. Ближайшим врачам я крикнул, что нужна помощь. Они начали откачивать Алину, надев на неё маску. Погрузившись в машину, мы отправились в больницу. Узнав у детей номер Лили, я позвонил ей, и она примчалась к нам со скоростью света. Всё это было вчера днем. Сутки Алина провела без сознания и вот, наконец, она была со мной.
-Слава. – позвала она меня, выводя из оцепенения.
-прости, задумался. Я приехал и застал пожар. Потом услышал тебя, мне помогли вскрыть дверь, и ты сразу потеряла сознание. – закончил я, решив рассказать ей только такую версию событий.
-много погибло? – испуганно спросила девушка.
-я не знаю, милая, не знаю. Не думай об этом. – я поцеловал её в лоб, стараясь не выдавать собственную обеспокоенность.
Пожар и взрывы унесли жизни почти двухсот человек. Я не знаю, как она смогла выбраться и вывести детей, но эта женщина точно особенная.