- Смотри, раздевается, - толкнула Машу Зина Колесова. - Будет дело!
Девяткин поплевал на ладони, хекнул и крикнул:
- Правильно, Коншак! Загоняем их до упаду. Эгей, векшинские! Береги пятки!
Федя и Степа оглянулись и тоже разделись.
Молодые косари достигли конца делянки, сделали второй заход, потом третий, но порядок оставался тот же: Федя со Степой шли впереди, Санька с Петькой - сзади.
Неожиданно Степа чиркнул косой о булыжник, запрятавшийся в траве. Острие затупилось, и, сколько Степа ни шаркал по нему бруском, коса уже не срезала, а только приминала траву.
Санька с Петькой между тем наседали сзади.
Степа занял место вслед за Семушкиным.
Из-за леса неторопливо выкатилось огромное оранжевое солнце, решив, что наконец-то пора и ему начинать свой трудовой день. И луг, до того сизый и дымчатый, заиграл миллионами цветных огней, словно осыпанный самоцветами, расцветился такими яркими и чистыми красками, что молодые косари невольно залюбовались. Но ненадолго. Через минуту они вновь размахивали косами.
Теперь впереди Саньки и Девяткина оставался один Федя Черкашин. Он косил ровно, размашисто, крепко упирая ноги в землю и выставив вперед правое плечо. «Все равно догоню», - распаляясь, подумал Санька. Девяткин между тем начал выдыхаться.
- Не догнать нам, Коншак! - заныл он. - Ты поуже захватывай.
Санька оглянулся, вытер пот с лица, но ширины прокоса не уменьшил.
Но тут Петька заметил, что Федя сам косу точит редко, а все больше бегает к деду Захару.
- Неправильно так! - закричал он. - Мы сами точим, а тебе нянька помогает. А после деда Векшина любая коса, как бритва, режет.
Федя ничего не ответил, но после этого косу точил только своими руками.
«Нашла коса на камень», - подумал Девяткин и все чаще поглядывал на солнце, прикидывая, как скоро объявят перерыв на завтрак, или подолгу рассматривал лезвие косы, трогая его пальцем, и покачивал головой: я, мол, еще бы поработал, да вот коса затупилась.
Неожиданно он разрезал косой скрытое в траве осиное гнездо.
- Осы, осы! - закричал Девяткин и, схватившись за шею, бросился к реке.
Зная, что с осами шутки плохи, молодые косари побежали вслед за ним.
Но Санька с Федей продолжали косить. Они только посмотрели друг на друга, ожидая, кто же из них первый оставит работу.
Осы с сердитым жужжанием кружились над их головами.
Федя вдруг нагнулся и обсыпал голову и плечи мокрой травой. «Хитер!» - подумал Санька, но невольно проделал то же самое.
Мальчики еще сильнее налегли на косы. Майки у них потемнели от пота, но никто не хотел уступать друг другу.
Растревоженные осы вскоре успокоились; ребята, попрятавшиеся в кусты, вернулись к своим косам и с любопытством следили за состязанием.
Маша не сводила с косарей глаз. Она даже не могла сказать, кто же из них лучше косит.
То девочке казалось, что Федя выбивается из последних сил, и ей хотелось, чтобы у Саньки поскорее затупилась коса; когда же Санька начинал отставать, Маше становилось за него немного обидно.
- Жми, Коншак, газуй! - подзадоривал Девяткин. - Давай третью скорость!
- Чего ты зудишь! Не мешай им! - шикнула на него Маша.
Сзади подошли дед Захар с Катериной.
- Так, косари, так, травобреи! - Старик довольно погладил бороду. - Не торопись, ровнее бери. Не дергайся, Федюша, на пятку налегай, на пятку… А ты, Санька, не жадничай, поуже захватывай да валок подкашивай чище… Смекай, Васильевна, - обернулся он к Катерине, - какой народ подрастает. Боевой резерв, пополнение нашему брату колхознику.
- Работники, что и говорить, - вздохнула Катерина. - Мой так уж совсем взрослым себя почуял… школу забросил. Не знаю, что и делать с ним.
- Загадал задачку, - посочувствовал Захар. - А ты покруче с ним, по-отцовски.
- Да уж придется, - согласилась Катерина и внимательно пригляделась к Феде.
Майка на нем была залатана неумелой рукой, сапоги прохудились.
- А и вы, Захар Митрич, незавидно с внуком живете. По-лесному, как партизаны.
- Чего там - незавидно! - с досадой отмахнулся старик. - Живем в свое удовольствие.
- Переходил бы он ко мне, Федя. Все женские руки.
- У тебя своих полный штат… Да и характером они с Санькой не сойдутся. Задиристы, петухи, раздерутся… - И Захар поспешил перевести разговор на другое.
Вскоре на лугу объявили перерыв на завтрак.
Санька насухо вытер травой косу, вскинул ее на плечо и, встретившись с Федей взглядом, кивнул ему: