— Мы просто направляемся в наш номер, — сказала я.
Он окинул нас взглядом, и по его лицу можно было четко сказать — он не поверил, что у нас есть номер в его столь божественном заведении. Думаю, что стоимость номера, вероятно, была выше зарплат большинства копов.
Эдуард тронул меня за плечо и я поняла, что уже шагнула к стойке ресепшена.
— Полегче, — буркнул он себе под нос.
Я попыталась сглотнуть сквозь неожиданно попытавшийся выскочить из моего горла пульс. «Да что со мной не так?» Я кивнула, давая ему понять, что приняла к сведению.
Именно Дев пустился улыбаться и очаровывать мужчину, помахав картой-ключом от номера. Он уже успел ознакомиться с нашими апартаментами, пока я находилась горах, охотясь на вампов с Никки и Арэсом. От одного упоминания его имени в груди все сжалось, пробирая до нутра. "По крайней мере, он не был моим любовником", но как только я об этом подумала, мне сделалось нехорошо из-за того, что чувствовала облегчение от того, что не была с ним близка, но все равно чувствовала облегчение.
У нас был забронирован номер-люкс, и по обыкновению Жан-Клод бронировал весь этаж отеля, именно поэтому мы пригласили Эдуарда остаться на ночь у нас. Лишняя койка обязательно найдется, по крайней мере, так сказал Дев. Может, мне и не хотелось держать его в качестве прикрытия, пока выполняю активный ордер, но я доверяла ему разбираться с комнатами и доступными спальными местами. Было не мало людей, которым я доверяла распоряжаться моей жизнью, но при этом не доверяла охранять свою жизнь. Точно так же, были люди, на которых я со спокойной душой могла положиться во время боя, но при том они ни черта не смыслили в организации. У каждого свои таланты.
Я наблюдала за Девом, его волосы были все еще слипшиеся на одной стороне от запекшейся крови, но все равно умудрялся очаровывать испуганного портье. Он посылал ему улыбки, которые обычно применял в качестве сексуальных авансов, и, то ли портье предпочитал мальчиков, то ли Дев на самом деле был таким очаровательным. Я не знала в чем именно было дело, но если это поможет нам ускорить попадание в номера, мне было плевать.
Трое из нас направились к лифтам, и Эдуард попросил меня придержать двери, пока они с Никки загружали сумки с оружием; обычно я бы предложила помощь в погрузке, но тогда двери лифта просто закроются с нашим багажом внутри. Так что я держала двери, пока ребята загружали лифт нашими пожитками, а мы ждали, пока, наконец, все определится с нашими комнатами. Эдуард прислонился к раскрытой двери, придерживая ее, пока мы с Никки заходили в лифт, и когда он меня приобнял, возражать не стала. Я прижалась к нему так близко, насколько позволял бронежилет. Я позволила ему обнимать себя и старалась ничего особо не чувствовать, кроме того, что мне действительно хорошо. Дев подбежал к нам, Эдуард зашел в лифт и двери закрылись.
— Он предложил нам помощь с нашим багажом, — доложил Дев.
— Портье предпочитает мальчиков, или твой дар очаровывать лишен сексуальных подтекстов? — поинтересовалась я.
Он ухмыльнулся, глядя на меня:
— Лишен сексуальных подтекстов; ты видимо не настолько устала, как я полагал.
Я сердито зыркнула на него.
Никки обнял меня чуть крепче, и на него я тоже сердито стрельнула взглядом.
Улыбка Дева не померкла и только шире разъехалась.
— Да, портье предпочитает парней.
— Подумываешь как бы увидеться с ним позднее? — спросил Эдуард.
— Нет, ничего более, — ответил Дев.
— Что это вообще значит? — спросила я, и это прозвучало как-то сварливо, даже для меня самой.
— Это значит, что он не навязывался на встречу, но дал портье понять, что ему тоже нравятся парни, — ответил за него Никки.
Я глянула на него из под его рук, и было такое чувство, будто я ребенок, и слишком маленькая, и… я высвободилась из его объятий.
— Что я не так сделал? — спросил он.
— Откуда ты это узнал?
— Флирт в качестве отвлечения одинаково действует как на женщин, так и на мужчин, Анита.
— Хочешь сказать, ты делал также.
— Я был молодым, симпатичным отвлечением на нескольких заданиях, когда работал на свой первый львиный прайд, так что да. — Когда он это говорил, лицо у него было нейтральным, лишенным эмоций. Именно так он закрывался, когда что-то чувствовал, потому что Никки не родился социопатом; его чувства ущемлялись и пренебрегались. Это значило, что они ему по-прежнему не были чужды, просто они были… спрятаны и слегка искажены.
— Ты на работе не только флиртом занимался?
— Не надо, — вмешался Эдуард.
Я уставилась на него:
— Чего?
— Придираться к людям, которых любишь, только потому, что ты, наконец, выкроила минутку посреди чрезвычайной ситуации, а все твои чувства, которые ты затолкала вглубь, пытаются выбраться наружу, и если не предоставишь им чистого, аккуратного выходного отверстия, то они прогрызут себе путь через твою жизнь и твоих ближних.
Мы смотрели друг на друга. Я хотела спросить с кем из своих близких он поцапался, потому что знала, это была не Донна с детьми; на кого бы он не ссылался, это были люди из его прошлой жизни, из той, когда я еще не была с ним знакома. Если бы мы были одни, я бы спросила, но перед всеми остальными он бы не ответил, да и мне может тоже.
Двери открылись и Дев, как примерный телохранитель, выскользнул первым. Эдуарду, таким образом, досталась проверка коридора, а Никки своим широким телом загородил мне весь обзор. Хотя теперь знание того, что я его люблю, и он может словить за меня пулю, вывело все на новый уровень дерьмовщины.
Поднялся шум мужских голосов, и затем я услышала более четкое:
— Извини, дружище, но это приказ.
— Что случилось? — спросила я, борясь с желанием выглянуть из-за тела Никки.
Эдуард ответил, стоя рядом с дверью, которую он удерживал открытой:
— Местной охраной руководит Клодия и очевидно она недовольна.
— Почему? Что мы сделали? — спросила я.
— Это не у тебя неприятности, — сказал Дев. — А у нас.
— За что? — спросил Никки.
— По-видимому, из-за возвращения раненной Аниты.
— Когда я на работе, вы, ребята, не можете меня защитить.
Второй мужской голос сказал:
— Клодия назначена ответственной за безопасность Жан-Клода и Аниты, поэтому она взгреет обоих.
— Лисандро, ты что ли? — Тогда я обошла вокруг Никки, и он позволил мне это сделать, только скользнул своей рукой в мою, и мы пошли рука об руку.
— Я, я, — ответил он, и это правда был он, ростом чуть за метр восемьдесят, красивый испанец, с длинными черными завязанными в хвост волосами. На нем была черная футболка под черным пиджаком от костюма, выпущенная поверх черных джинсов, и ботинки. Пиджак не так хорошо скрывал пистолет на талии, как должен был, если бы его талия была поуже, а плечи пошире, но Лисандро занимался вместе с остальными охранниками, и в отличие от Дева, на тренировках выкладывался по-полной. Он был сложен стройнее Никки и, скорее всего, никогда не нарастит столько мышечной массы, но те мускулы, что у него были, смотрелись весьма прилично. Он дрался лучше, чем могло показаться, но…
— Тебя не привлекают к охранной работе за пределами Сент-Луиса, — заметила я.
— Когда Жан-Клод решил поехать сюда, Рафаэль захотел, чтобы с ним отправились лучшие охранники, так что Клодия у нас во главе, а я ее заместитель, потому что мы — лучшие, — сказал он без какой-либо интонации, просто констатируя факт.
Я открыла рот, но тут же его закрыла. А что я, собственно, собиралась сказать? Что с тех пор, как он едва не погиб на выездном задании, когда охранял меня, я не желала чтобы он снова работал со мной, потому что не хотела объяснять его жене и детям почему их папа умер, пытаясь сохранить мне жизнь? Или из-за того, что однажды в срочном порядке пришлось накормить ardeur, когда мы связались с Матерью Всея Тьмы и Любовником Смерти, а его жена сказала нам, мол «все хорошо, что хорошо кончается», но если он еще раз со мной переспит, она с ним разведется и заберет детей, и я не хотела рисковать этим?