Килвин называл их, как "самосодержащие экзотермические ускорители", но все остальные звали их карманными грелками или "беднягами".
Они содержали керосин, нефть или сахар.
Будучи активированным, "бедняга" сжигал внутри топливо, выделяя наружу почти столько же тепла, сколько дает обжигающая печь в течение пяти минут.
Затем его следует разобрать, почистить и заполнить заново.
Неряшливые и опасные, они все время норовили легко сломаться из-за быстроты подогрева и охлаждения.
Но на короткое время, они давали симпатисту кучу энергии тепла.
Я опустил себя в Сердце Камня и отколол еще одну часть сознания, бормоча узы связывания.
Затем я попытался в седьмой раз и неудачно.
Мое уставшее тело ныло от боли.
Холод сковывал мои руки, и я столько всего перенес за последние несколько дней.
Но я лишь стиснул зубы и заставил себя тихо бормотать слова.
Деви, похоже, даже не заметила шестых уз связывания.
С медленной неторопливостью стрелки часов она потянула за свисающую с рукава нитку.
"Бедняга" издал стонущий металлический скрип, и жар начал вырываться мерцающими волнами.
- В данный момент у меня нет с тобой приличной связи, - сказала Деви, медленно направляя к "бедняге" руку с ниткой.
- Но если ты не ослабишь своих узы связывания, я использую это, чтобы сжечь дотла всю одежду на твоем теле, и с улыбкой буду слушать твои вопли.
Странно, какие мысли в этот момент промелькнули у меня в голове.
Первым, о чем я подумал, было не то, что я ужасно обгорю.
А о том, что если подаренный Фелой плащ будет уничтожен, то у меня останется лишь две рубашки.
Мой взгляд перенесся на девину столешницу, где лакированная поверхность уже начала пузыриться в кольце вокруг "бедняги".
Я чувствовал, как жар волнами укутывал мое лицо.
Я знаю, когда меня бьют.
Я разорвал узы связывания, мой закрутившийся в вихре разум пытался собраться по кусочкам воедино.
Деви повращала плечами.
- Отпусти ее. - сказала она.
Я раскрыл ладонь, и восковая кукла упала на стол.
Я сидел с опущенными на колени руками, совершенно неподвижно, не желая не пугать либо угрожать ей ни в малейшей степени.
Деви встала и оперлась о стол.
Потом протянула руку и пробежалась по моим волосам, затем собрала пальцы в кулак и рванула.
Я взвыл поневоле.
Снова сев, Деви схватила куклу и заменила свои волосы в ней моими.
И пробормотала формулу уз связывания.
- Деви, ты не понимаешь, - начал я. - Мне просто надо...
Связывая перед этим Деви, я сосредотачивался на ее руках и ногах.
Это наиболее эффективный способ удерживать кого-либо.
Для работы у меня было ограниченное количество тепла и я не мог тратить энергию на что-либо еще.
Но вот как раз Деви было достаточно тепла, и ее узы сковали меня словно каленым железом.
Я не мог пошевелить ни рукой,ни ногой, ни языком.
Едва мог просто дышать, делать слабые вдохи, которые не требовали движения груди.
Это наполняло ужасом, словно кто-то рукой сдавил тебе сердце.
- Я доверяла тебе. - сказала Деви низким и грубым голосом - будто остро заточенной пилой хирурга отрезала ногу.
- Я доверяла тебе. - Она бросила на меня полный чистой ярости и отвращения взгляд.
- Ко мне на самом деле кое-кто приходил, в поисках твоей крови на продажу.
45 талантов.
Я отказала ему.
Я даже отрицала, что вообще знаю тебя: у нас тобой были деловые отношения.
Я придерживаюсь заключенных мною сделок.
Кто?
Хотелось мне закричать.
Но не смог издать ничего разборчивого, кроме мычания.
Она посмотрела на восковую куклу, потом на "беднягу", выжигая темное кольцо на столешнице.
- Теперь наши деловые отношения закончились, - твердо сказала она.
- Я назову тебе сумму долга.
Ты должен до конца семестра вернуть мне мои деньги.
9 Талантов.
Если даже на один полувздох ты опоздаешь, то я продам твою кровь, дабы вернуть себе мои капиталовложения, и умываю руки.
Она окинула меня холодным взглядом.
- Это лучше, чем ты заслуживаешь.
Твоя кровь по-прежнему у меня.
Если ты пойдешь к магистрам в университете либо к констеблю в Имре, то это плохо кончится для тебя.
Дым кругами поднимался над столом, и рука Деви, зажав фигурку, застыла над разгоряченным металлом "бедняги".
Она бормотала, и я чувствовал струйку жара, омывающего все мое тело.
Это напоминало внезапную лихорадку, которая мучила меня несколько дней.
- Когда я освобожу эти узы, ты скажешь: " Все понятно, Деви". После этого ты уйдешь.
В конце семестра ты пошлешь кого-нибудь с суммой денег, которую ты мне должен.
Ты не сам придешь.
Не хочу вообще когда-либо еще видеть тебя.
Деви посмотрела на меня с таким презрением, что я со страху запомнил его.
Затем она плюнула на меня, и попавшие на "беднягу" капельки слюны с шипением испарились.
- Если я еще когда-либо хоть мельком, краем глаза увижу тебя, это для тебя плохо кончится.
Она поднялся восковую фигурку над головой, потом резко опустила ее на стол и вдавила в столешницу.
Я бы точно закричал в панике, или вздрогнул, если б смог.
Восковая фигурка рассыпалась, руки, ноги оторвались, голова покатилась по столу,а потом упала на пол.
Я почувствовал внезапный сильный удар, словно пролетел несколько метров по воздуху и упал на каменный пол.
Поразительно, но вокруг меня не случилось никаких разрушений, как, казалось, должно было быть.
Несмотря на ужас, я какой-то крохотной частью сознания поражался точности ее контроля.
Державшие меня узы опали, и я сделал глубокий вдох.
- Все понятно, - сказал я. - Но может...
- ВОН! - закричала она.
И я вышел вон.
Хотел бы я сказать, что выходил я с достоинством, но это не было бы правдой.
Глава 27
Давление.
Вил и Сим ждали меня в дальнем углу «Анкера».
Я принес две кружки пива и поднос со свежим хлебом с маслом, сыром и фруктами, и мисками горячего супа с говядиной и репой.
Вилем потирал один глаз ладонью.
Он выглядел немного изможденным с его темным Килдовским цветом лица, но помимо этого он не казался хуже, чем просто после трех ночей недосыпа.
- Что за повод?
- Я просто хочу помочь вам двоим подкрепить вашу энергию, - сказал я.
- Кто бы сомневался, - сказал Сим.
- Я немного вздремнул во время лекции по сублимации. - Его глаза немного потемнели потемнели по краям, но, в любом случае, он не казался слишком истощенным.
Вилем принялся за свою тарелку.
- Ты упомянул, что у тебя были новости.
Какого рода новости?
- Они смешанные, - сказал я.
- Какую хотите первой, хорошую или плохую?
- Сначала плохую, - сказал Симмон.
- Килвин не даст мне планы, которые мне нужны, чтобы сделать мои собственный грэм.
Они подразумевают использование сигалдри.
Руны для крови и кости и тому подобное.
Он чувствует, что они слишком опасны, чтобы изучаться Ре'ларом.
Симмон выглядел заинтересованным.
- Он сказал почему?
- Нет, - признался я.
- Но я догадываюсь.
Я мог бы использовать их для всяких неприятных вещей.
Вроде небольшого металлического диска с отверстием в нем.
А затем, если поместить каплю чьей-то крови в него, можно использовать его, чтобы сжечь их заживо.
- Боже, это ужасно, - сказал Сим, откладывая свою ложку.
- У тебя когда-нибудь бывают хорошие мысли?
- Любой в Аркануме может проделать то же самое с элементарной симпатией, - заметил Вилем.
- Есть большая разница, - сказал я.
- Как только я сделаю это устройство, любой сможет использовать его.
Снова и снова.
- Это безумие, - сказал Симмон.
- Зачем кому-то делать нечто подобное?
- Деньги, - мрачно сказал Вилем.
- Люди постоянно делают глупые вещи за деньги. - Он многозначительно посмотрел на меня.
- Например, берут в долг у кровожадных гаттесоров.
- Это подводит меня к моей второй новости, - сказал я, неловко.
- Я столкнулся с Деви.
- Один? - спросил Симмон.
- Ты спятил?
- Да, - сказал я.
- Но не по тем причинам, что вы думаете.
Все обернулось не очень приятно, но теперь я знаю, что она не ответственна за нападения.
Вилем нахмурился.
- Если не она, то кто?
- Есть только один разумный вариант, - сказал я.
- Это Амброз.
Вил покачал головой.
- Мы уже прошли через это.
Амброз никогда не станет так рисковать.
Он...
Я поднял руку, чтобы прервать его.
- Он никогда не стал бы рисковать злодеянием против меня, - согласился я.
- Но не думаю, что он знает, кого он атакует.
Вилем закрыл рот и задумался.
Я продолжил.
- Задумайтесь над этим.
Если бы Амброз подозревал, что это был я, то он обвинил бы меня перед магистрами.
Он делал это и прежде. - Я потер раненую руку.
- Они бы обнаружили мои травмы и я был бы пойман.
Вил посмотрел на столешницу.
- Крэм, - сказал он.
- Это имеет смысл.
Он может заподозрить тебя в найме вора, но не то, что ты вломился сам.
Он никогда не заподозрит нечто подобное.
Я кивнул.
- Вероятно, он пытается найти человека, который ворвался в его комнаты.
Или просто совершить немного легкой мести.
Это объясняет, почему нападения усиливаются.
Он, вероятно, думает, что вор убежал в Имре или Тарбеан.
- Мы должны пойти к магистрам с этим, - сказал Симмон.
- Они могут обыскать его комнаты сегодня вечером.
Он будет исключен за это и выпорот. - Широкая, злобная улыбка расползлась по его лицу.
- Боже, я заплатил бы десять талантов, если бы получил возможность нанести удар плетью.
Я усмехнулся его кровожадному тону.
Требовалось многое, чтобы вывести из себя Сима, но как только вы сделали это обратного пути не было.
- Мы не можем, Сим.
Сим недоверчиво посмотрел на меня.
- Ты это не серьезно.
Ему не может сойти это с рук.
- Я буду исключен за проникновение в его комнаты в первую очередь.
Неподобающее поведение.
- Они не исключат тебя за это, - сказал Сим, но голос его был далек от уверенности.
- Я не готов рисковать, - сказал я.
- Хемме ненавидит меня.
Брандье во всем следует за Хемме.
Я все еще нахожусь в черном списке Лоррена.
- И как-то он все равно находит в себе силы на каламбур, - пробормотал Вилем.
- Это сразу же три голоса против меня.
- Я думаю, что ты не набираешь у Лоррена достаточно балов, - сказал Вилем.
- Но ты прав.
Они исключат тебя.
Они сделают это, хотя бы по той причине, чтобы сгладить острые углы с бароном Джакисом.
Сим посмотрел на Вилема.
- Ты действительно так думаешь?
Вил кивнул.
- Возможно, они даже не исключат Амброза, - сказал он мрачно.
- Он любимчик Хемма, и магистры знают, какие проблемы его отец может устроить университету. - Вил фыркнул.
- Подумайте о неприятностях, которые может доставить Амброз, когда все унаследует. - Вилем опустил глаза и покачал головой.
- Я с Квоутом заодно, Сим.
Симмон сделал глубокий, усталый вздох.
- Замечательно, - сказал он.
Затем он посмотрел на меня сузившимися глазами.
- Я говорил тебе, - сказал он.
- Говорил тебя оставить Амброза в покое с самого начала.
Вступление с ним в борьбу походит на попадание в медвежий капкан.
- Медвежий капкан? - сказал я задумчиво.
Он кивнул решительно.
- Твоя нога входит достаточно легко, но ты никогда не вытащишь ее снова.
- Медвежий капкан, - повторил я.
- Это именно то, что мне нужно.
Вилем усмехнулся мрачно.
- Я серьезно, - сказал я.
- Где мне достать медвежий капкан?
Вил и Сим странно посмотрели на меня, и я решил не испытывать свою удачу.
- Просто шутка, - солгал я, не желая усложнять все дальше.
Я могу раздобыть его самостоятельно.
- Мы должны убедиться, что это Амброз, - сказал Вилем.
Я кивнул.
- Если он будет заперт в своих комнатах в ближайшие несколько раз, когда на меня нападут, это станет достаточным доказательством.
Разговор немного затух, и в течение нескольких минут мы молча ели и каждый из нас погрузился в свои собственные мысли.
- Ладно, - сказал Симмон, казалось, придя к некоторым выводам.
- Ничего не изменилось.
Тебе все еще нужен грэм.
Верно? - Он посмотрел на Вила, тот кивнул, потом снова на меня.
- Теперь поторопись с хорошей новостью, прежде чем я покончу с собой.
Я улыбнулся.
- Фела согласилась помочь мне поискать схему в Архивах. - Я махнул рукой в их сторону.
- Если вы двое пожелаете присоединиться к нам, это будет означать длинные, изнурительные часы в тесном контакте с самой красивой женщиной по эту сторону реки Омети.
- Я смогу уделить немного времени, - сказал небрежно Вилем.
Симмон усмехнулся.
Так начались наши поиски в Архивах.
Удивительно, но это было забавно поначалу, почти как игра.
Четверо из нас разбредались по различным секциям Архивов, а затем возвращались и прочесывали книги совместно.
Мы часами болтали и шутили, наслаждаясь сложной задачей и обществом друг друга.
Но, когда часы превращаются в дни бесплодных поисков, волнения сгорают, оставляя только мрачную решимость.
Вил и Сим продолжали присматривать за мной ночью, защищая меня своим Аларами.
Каждую ночь они не высыпались, что делало их угрюмыми и раздражительными.
Я сократил свой сон до пяти часов в сутки, чтобы облегчить им задачу.
При обычных обстоятельствах, пяти часов сна было бы достаточно для меня, но я еще не оправился от травм.
Более того, мне нужно было постоянно поддерживать Алар, который сохранял меня в безопасности.
Это было психически утомительно.
На третий день нашего поиска я задремал во время занятий по металлургии.
Я дремал всего полминуты прежде, чем моя голова упала, заставив меня проснуться.
Но ледяной страх преследовал меня до конца дня.
Если бы Амброз напал в тот момент, я мог быть уже убит.
Поэтому, хотя я и не мог себе этого позволить, я начал брать деньги из моего истончающегося кошелька, чтобы купить кофе.
Многие трактиры и кафе рядом с университетом угождали благородным вкусам, так что он был легко доступен, но кофе никогда не бывает дешевым.
Налрут был бы дешевле, но у него более жесткие побочные эффекты, а я не хотел рисковать.
В промежутках между поисками, мы приступили к подтверждениям моих подозрений о том, что Амброз был ответственен за нападения.
В этом, хотя бы, нам повезло.
Вил видел, как Амброз возвращался в свою комнату после лекций по риторике, и в то же время я был вынужден бороться с приступом озноба.
Фела видела, как он закончил поздний обед и вернулся в свои комнаты, а четверть часа спустя я ощутил покалывание жара по спине и рукам.
Вечером того же дня я видел, как он направился в свою квартиру в «Золотом пони» после смены в Архивах.
Вскоре после этого я почувствовал слабое давление в обоих плечах, что дало мне понять, что он пытался заколоть меня.
После плеч, последовало несколько других толчков в более личные области.
Вил и Сим согласились, что это не могло быть совпадением: это был Амброз.
Лучшее из всего, это сообщало нам, что независимо от того, что Амброз использовал против меня, он держал это в своих комнатах.