— Ладно, кое-чем я с тобой все-таки поделюсь, — продолжал Джейсон, надеясь убедить Робина в том, что просьба его действительно не терпит отлагательств. — Меня преследуют. Нет, не Ноам, не волнуйся, но я действительно думаю, что он может мне помочь.
— Все это очень таинственно, Джейсон. Ты пробудил во мне любопытство. — Последовало недолгое молчание. — Ладно, я тебе верю, — сказал наконец Робин. — Что ты хочешь сделать? Позвонить Ноаму?
— Откровенно говоря, я бы предпочел повидаться с ним. Он ведь сейчас живет в Анахайме, правильно? Это всего час езды от меня.
— Будь осторожен, Джейсон, и контролируй себя, — предостерег его Робин. — Если он почувствует, что ты давишь на него, то замкнется в себе как моллюск. Нередко это означает начало очередного приступа. Знаешь что? Давай я сперва позвоню ему.
— Спасибо, дружище.
Робин перезвонил ему через десять минут и сообщил: он только что разговаривал с Ноамом, а тот сказал ему, что хорошо помнит Джейсона. Робин назвал Джейсону адрес Ноама, рассказал, как туда проехать. Телефонный разговор закончился обещанием встретиться в самое ближайшее время. Скорее всего, этим намерениям не суждено сбыться, но всегда искренне веришь в подобное, разговаривая со старым другом, с которым не виделся много лет.
Джейсон встал и потянулся. Наконец-то он начал действовать, а не пассивно ожидать дальнейшего развития событий, и от этого его настроение улучшилось. Позвонив Кайле, он сказал ей: вернется домой поздно — у него важная встреча. И еще: он должен бежать. Джейсон оборвал разговор до того, как Кайла успела спросить, что это за важная встреча. Солгал ли он ей? Формально — нет, но на душе у него стало скверно. Джейсон вспомнил ее слова, сказанные ему совсем недавно: «Не смей больше ничего от меня утаивать». Он уже нарушил свое обещание.
Чуть больше чем через час Джейсон сидел напротив Ноама Морейна. Он помнил Ноама суперменом или кем-то вроде него — сплошные мускулы и спокойная сила. Но в то время сам он едва доставал ему до плеча. Человек, сидевший за шатким столиком, единственным предметом мебели в комнате, не считая пары стульев и простой кровати, казалось, стал меньше ростом на добрых три фута. Копна его некогда густых черных волос выцвела и поредела. Неумело подстриженные жидкие седые пряди падали на уши. Кожа выглядела нездоровой и сморщенной. Он обрюзг и расплылся, набрав по крайней мере пятьдесят фунтов лишнего веса.
Неужели черный всадник, живущий в воображении Ноама, заставил его так сильно измениться?
— Ноам Морейн? — спросил Джейсон, словно в первый раз встречаясь с незнакомым человеком.
Мужчина улыбнулся. Уголки губ его дрогнули и поползли вверх, и перед Джейсоном на мгновение промелькнул образ прежнего Ноама. Это была его улыбка. Тело его теперь напоминало плохо скроенное пальто слишком большого размера, но это определенно был он.
— Да, — невыразительным голосом ответил Ноам.
Джейсон придвинул к себе стул и сел.
— Привет, Ноам. Я — Джейсон Эванс. Помнишь меня?
Ноам поднял подбородок и кивнул.
— Как поживаешь?
Человек пожал плечами.
— Неплохо, неплохо.
— Рад слышать, Ноам. — Джейсон огляделся по сторонам. — Робин сказал мне, что у тебя все хорошо.
— Да, — согласился Ноам. — Очень, очень хорошо.
Джейсон попытался вызвать в памяти образ этого человека, который в приступе безумия много лет назад выкрикнул ему: «Тебя здесь нет!» И его глаза. «Он смотрел сквозь меня. Это было самое страшное».
Сейчас глаза Ноама казались совершенно безжизненными. Его можно было только пожалеть, и ничего больше. Джейсон решил не ходить вокруг да около. Сиделка сказала ему: у него есть всего полчаса, чтобы поговорить с Ноамом.
— Ноам, ты помнишь, что я раньше навещал тебя, когда был еще маленьким?
Он приложил ладонь ребром к груди, показывая, что в те дни был намного ниже ростом. Джейсон ни на что не рассчитывал, подозревая: память у Ноама окажется дырявой. Быть может, ему не стоило приезжать сюда, но раз уж он оказался здесь, то намеревался выяснить все, что только можно.
— Когда ты был маленьким, — сказал Ноам.
— Когда я был маленьким, — повторил Джейсон.
— Когда ты был маленьким…
Джейсон ждал. Ему показалось, что в глазах Ноама вспыхнули проблески сознания.
Ноам захихикал.
— Помню. У меня хорошая память на лица. Твое лицо изменилось, но я помню тебя.
— Это хорошо, Ноам. Я иногда приходил навестить тебя, не так ли? Вместе с Робином и твоей мамой.
— Да, приходил.