Наверное, я выглядела сейчас настолько жалко, что мужчина просто не мог выдержать моего щенячьего взгляда. Глядя, куда-то поверх меня, Адам неуверенно кивнул и приказал взглядом следовать за ним. Чуть не завизжав от радости, я поспешила следом, не отставая ни на шаг.
Мы молча зашли в лифт. Адам нажал четвертый этаж, и я, еле сдерживая нетерпение отсчитывала номера этажей, которые сменялись на маленьком табло. Дверь медленно расползлась в разные стороны, открывая моему взгляду идеально белый коридор. Совершенно безлюдный, что могло показаться странным на первый взгляд, учитывая, что мы находимся в клинике. Мы остановились перед прозрачной дверью. Адам вытянул из кармана пластиковый ключ и провел им по электронному замку.
- Адам, я не знаю, как благодарить вас. Вы даже представить не можете, что вы для меня делаете.
- Надеюсь, Артем тоже будет так считать, когда решит расправиться со мной за нарушение приказа Альфы.
- Я не скажу, что это вы. Честно. Он никогда не узнает, кто помог мне попасть сюда.
- Вы так ничего так и не узнали про нас. – тяжело вздохнув, сказал Адам, глядя на меня словно на неразумного ребенка. – Он уже знает, что вы тут со мной. Запах… Ева, только мы зашли за эту дверь, Артем почуял вас. И могу заверить, что теплых объятий вам не стоит ожидать. А мне надо будет постараться не показываться ему на глаза в ближайшие дни.
Я взглядом поблагодарила мужчину и направилась к закрытой двери в конце коридора. Каждый мой шаг отдавался глухим эхом в безлюдном помещении и стуком боли в разбитом сердце. Мне было страшно.
Нет, не встреча с ним вызывала во мне страх. Я боялась того, что может быть еще больнее, еще сильнее. И каждый шаг, сделанный навстречу к нему, оголял и так открытую рану в груди.
Наверное, все сотрудники уже разошлись по домам, оставив незаконченную работу, но мои мысли сейчас были не об этом. Осторожно взявшись за ручку двери, я потянула ее вниз пока не услышала щелчок. Я не успела еще войти внутрь, как громкое рычание раздалось с той стороны двери:
- Выметайся вон, и передай Адаму, что он может искать себе место в другой стае.
Он.
Мой.
Такой родной.
Его злость в голосе была бальзамом для моего истосковавшегося сердца.
Я уверенно сжала пальцы руки и рвану дверь в сторону.
Быстрее к нему. Увидеть эти сказочные глаза, услышать тихое утробное рычание и прижаться с самой родной груди на свете.
- Стой, где стоишь, - услышала я раньше, чем смогла увидеть мужчину, который лежал на большой больничной кровати прямо в центре белоснежной палаты.
- Артем, - тихо произнесла я, вглядываясь в единственные глаза на свете, которые сейчас просто пылали обжигающим гневом.
Он был зол. Нет, он был просто в бешенстве. Мужчина, приказы которого никогда не обсуждались. Мужчина, взгляда которого боялись все, да и я, некоторое время ранее. Вот только не сейчас. Я все еще помнила, каким нежным он может быть.
- Ева, что ты здесь делаешь? Я отпустил тебя.
- Я не отпустила, - прошептала я, делая неуверенный шаг к нему.
- Выметайся. Пошла вон, - закричал он, ухватившись за край кровати. – Я ясно сказал, что ты мне не нужна.
- Ева, - за моей спиной хлопнула дверь, и Адам возник на пороге, - это было плохой идеей. Пойдем.
И в следующую секунду Адам, с громким стоном, упал прямо к моим ногам. Мужчина корчился на полу от неимоверной боли, а я стояла, ошарашено глядя, на него, не соображая, что должна предпринять, чтобы помочь ему. Адам сильно сжал кулаки. Настолько сильно, что вены взбухли, грозясь лопнуть в любую секунду. Муки боли исказили его лицо, а из носа хлынула кровь. Я упала на колени перед ним, не понимая, что делать.
- Адам… Адам.., - я звала мужчину, но он словно не слышал меня, находясь за волной боли, - что с тобой? Чем помочь? Да скажи ты уже, что мне сделать?
Я кричала, срывая голос до хрипоты. Слезы градом хлынули из моих глаз, руки дрожали. Я была в ужасе от происходящего, а самый жуткий страх вызывало во мне осознание того, что я не знаю, как помочь ему.
- Это наказание. Так надо. - прошептал Адам, сцепив зубы в очередном приступе боли, настолько сильно, что деформированные клыки проткнули его губы, и кровь новой волной залила лицо мужчины.