И как мы быстро выяснили, дело все-таки во мне, так как остальные покорители круга, наоборот, жаловались, что созданий круга слишком мало, найти стаи из трех-пяти тварей почиталось за счастье.
Каждое утро я пытался научиться максимально использовать свои способности. Получалось не очень, так как сложно было уловить ту грань, где заканчивались мои мысли и чувства, и начинались ощущения покоренных существ. Наверное, прежде чем начинать покорять других существ, мне нужно было познать самого себя, но, к сожалению, круги не давали нам такой роскоши и приходилось действовать по интуиции. И, конечно, не забывать бояться, хоть в нашей ситуации это было не так и сложно.
Единственное, что с каждой новой победой и избеганием смерти чувство страха притуплялось все сильней. Все происходящее начинало восприниматься не как обыденность, конечно, но моя голова уже отказывалась воспринимать всерьез все происходящее, так как жить на грани истерики все время невозможно. Это было с одной стороны хорошо, а с другой плохо, так как становилось все тяжелей устанавливать связь.
К тому же я все сильней верил в силу своих новых друзей, которые показывали просто чудеса во время наших поисков.
Ночами я частенько сидел, уставившись в джунгли, прислушивался к каждому шороху, вызывая в себе самый сильный страх, хоть это было и тяжело.
Но эмоции тварей круга все равно окутывали меня пеленой. Иногда я казался сам себе безумным, меня разрывали самые противоречивые желания - то мне хотелось начать прыгать по деревьям, то взлететь выше деревьев, выше неба, чтобы оттуда спикировать на головы жалких людиш... моих друзей, то просто наброситься хоть на кого-нибудь, и тогда уже меня охватывал настоящий, неподдельный страх утратить себя, который резко выжигал все наносное, но нередко и рвал нити связи. Страх был и даром, и проклятием.
Все это здорово мешало достижению главной моей цели - научиться контролировать тварей круга безупречно и в больших количествах. То есть с одним видом и не очень большим количеством все получалось достаточно неплохо, хоть отдельные особи и срывались с "крючка" моей воли, но стоило мне зацепить одновременно второй вид, как все становилось совсем плохо - начинался откровенный бунт и противостояние как в моей душе, так и среди моих подопечных, которые также начинали путаться и теряться в этих не свойственных им переживаниях, от которых они начинали всеми силами стараться избавиться.
Единственное, что радовало, что с Угой проблем не возникало, она прочно привязалась ко мне, а я к ней, и это уже не так сильно зависело от нашей воли. Она весело прыгала рядом с нами по деревьям, энергично вступала в бой при первой возможности, и кажется, становилась все большим другом не только для меня, но и для всей нашей команды. По крайней мере настороженности к ней не испытывала даже Лайта, хоть и особо не жаловала.
Но с каждым существом такую связь установить было, увы, невозможно.
Но одному за наши скитания я научился без проблем - призывать всех к нашей команде. Мой зов твари слышали прекрасно и на далеком расстоянии, устремлялись к нам даже издалека. Но вот когда приходили - заставить их покорно умереть не получалось практически никогда, так что это каждый раз приводило к жестоким боям, в которых ребята черпали силу.
И сила их росла очень быстро, мои спутники еле успевали осваивать, изучая все новые трюки и боевые приемы, увеличивая мощь старых, так что все чаще возникал вопрос - а не пора ли нам вернуться в Город для получения нового снаряжения и переформирования.
Просто все вырвались далеко вперед, и сейчас уже становилось очевидным, что мы обделяем остальные команды, которые лишались живительного притока силы. А ведь в третьем круге им придется также столкнуться с более грозными противниками.
Впрочем, муки совести муками, но всем было приятно, что мы сейчас самая грозная сила второго круга, и от цели самостоятельно уничтожить всех стражей никто не хотел отказываться.
Я все пытался уловить волю стражей, но это никак не удавалось - да и как можно ощутить то, что не знаешь? Никто даже не знал, сколько стражей охраняет второй круг - может, два, может три, а может и несколько десятков.
-Уже второе утро без хорошей драки, - сплюнув, мрачно заметил Коб и пнул железным сапогом песок, - Мне становится скучно, Эльт, не ленись, зови там какого-нить конна, да или хоть каргара!
-Каргар что, умеет плавать? - поинтересовался Аркор задумчиво.
-Я не могу призвать никого, кого не встречал, - равнодушно ответил я, - так что я тоже не имею понятия, умеет ли каргар плавать. Может, и летать умеет, кто знает? Но мне лично кажется, что с ними не все так просто, не думаю, что он где-то за морем сидит сейчас и ждет, когда я его призову.
-Ну и толку нам тогда от такого призывателя, - заметила Лайта, - Не можешь никого призвать даже. И каргара не видел.
Рыжая никогда не упускала момента меня чем-то задеть. Такое ощущение, что до нашей встречи ее окружали одни призыватели, каждый из которых был гораздо талантливей меня.
-Мне кажется, что просто мы убили практически всех тварей круга, - заметил я, - По крайней мере я почти перестал ощущать волю существ.
Я не стал добавлять, что я этому даже рад. Потому что бесконечные бои и выматывающая борьба с чужой волей порядком надоели. Уже давно было желание сбежать от команды, болтовня которых иногда начинала надоедать, и спокойно посидеть на берегу моря, смотря за горизонт, и попробовать разобраться в себе. Но кто же меня отпустит, наоборот, требования Коба с каждым утром становились все настойчивей, здоровяку никак не хватало не то что силы, а просто событий. Да и остальные члены команды тоже нередко начинали высказываться не по делу, так что с этим приходилось мириться.
Кроме того, была и еще одна вещь, которая меня сильно смущала. Несмотря на то, что я никогда не пытался как-то влиять на волю своих спутников, я заметил за собой одну не очень приятную особенность - непроизвольно я пытался их повторять. Манеру речи, изгиб губ, стиль - все это я подхватывал и начинал применять сам. И это немного пугало, даже несмотря на то, что это делали все. Тот же Эльдом почему-то так проникся рассудительностью Аркора, что иногда начинал излагать мысли в его стиле. А топорщик, которого звали Айдур, наоборот, заглядывался на своего лидера и старался вести себя похоже.
Словом, это все было в порядке вещей, но все равно я старался избавляться от таких привычек.
-Пойдемте лучше купаться! - заявила Кайра, наша лучница, зеленоглазая и русоволосая жизнерадостная девушка, которой просто нравилось стрелять из лука. Она никогда ни с кем не спорила, и никогда не переживала, по крайней мере, я этого за ней никогда не замечал. Она была явным украшением нашей компании.
-Да я бы лучше размялся, - пробубнил Коб, однако остановился, стянул латную перчатку и стал деловито дергать за ремешок на наплечнике, то ли размышляя, стоит ли искупаться, то ли правда не в силах совладать с упрямым ремешком.
Но идея всем понравилась, тем более что в гонке за силой и стражами мы не купались, только умывались и смывали грязь вместе с налипшей на душу усталостью. А здесь выпала возможность отдохнуть, в конце концов, страж подождет, нужно иногда и развлекаться.
-Живчик и Уга, охраняйте, - крикнул я и с разбегу нырнул в странную воду. И мгновенно улетели куда-то прочь все тревоги и гнетущие мысли. Вынырнув, я услышал заливистый смех Кайры, которая обрызгала осторожно заходящего в воду Айха, и зажмурился - как же все-таки хороша иногда бывает жизнь.
А затем мы грелись на солнце, уплетая за обе щеки припасенное мясо, и болтали в кои-то круги не о страже, а просто о жизни - о том, какие у кого мечты, обсуждали знакомых, вспоминали сказки и рассказы круговых. И все было ясно и просто в этот момент, неожиданно я уловил, что все это правильно, и впереди нас ждет не отчаяние и боль, а новые приключения, события, люди, что мы все будем жить и все вместе шагнем за горизонт, где нас ждет такой же удивительный мир, как этот момент.