— Тебя, конечно, круто рекомендовали. Но шеф сказал их в неприкосновенном личном резерве держать.
— Был бы Радуга на связи, одобрил бы. Точно. Это дело его чести, — я сжал губы и поморщился, — и потом, мы там все равно боем мало что решим. Хитрить будем. Верну я их тебе живыми.
После погрома, устроенного Клювом на авиабазе Гаммы аэропорт Серого начал принимать самолеты — мы трое долетели прямым рейсом. В дороге конкретно запарил Гепард:
— Я так понял, ты Радугу давно очень знаешь? — Сотник с Кобры смотрел пристально, будто пытаясь вывернуть меня взглядом наизнанку, — Он мог продаться? Мог под Galaxy лечь?
— Вряд ли. У него с ними терки почти с рожденья. Скорей мир перевернется. К бабе этой мановахской у него страсть вдруг закипела. Пройдет.
— Нехорошо мне от всего этого, Бросок, — Гепа страдальчески прожевал и сплюнул в стаканчик из-под кофе, — Вот всегда считал западлом бояться. Ни пули ни ножа. Смерть не так страшна… А вот обман, сука, страшно. Я же никому не верил никогда считай с детства, с дома. Радуге поверил. Жесть как обидно будет, если продаст нас всех. Главное во мне убьет. Я тогда поверить никому не смогу уже больше. Жить в падлу будет. Ведь тогда же получится, что вообще все — говно.
— Не парься, пацан. Конечно, все бывает. И Радуга не железный. Но если он тебя братом назвал, то тебя точно не продаст. Это я отвечу под что угодно. Это сто пудов, Гепа. Верь ему.
Сойдя с трапа, я понял, что или отвык от большой войны или отстал от жизни. Воронки на летном поле мне показались просто чудовищно огромными. Вооруженный конвой вел пассажиров мимо черных выгоревших руин терминала к палаткам — там таможня и досмотр. За три месяца войны регулярные силы степных волков и снежных барсов вместе с армией горных и десантом Гаммы фактически взаимно уничтожили друг друга. Теперь тут хозяйничали степные мобики — в старинных гимнастерках и пэша. У палаток стояли не менее древние БТРы — стальные коробки с открытым верхом. Вдали от перрона торчали острые хвосты тоже старых истребителей.
Огромный город, стертый с лица земли тяжелыми бомбовозами невидимками Гаммы, серой пыльной кучей остался в стороне, там теперь никто не живет. Попуткой, кругломордым зеленым джипом с брезентовым тентом добрались до штаба резервной армии степных к генералу Хвату. Пока его не было на месте ждали у кунга, глядя, как слабо дымят стоявшие длинной шеренгой за рядами танков мобильные крематории, как стоят к ним в очереди грузовики-труповозы из города. Работали явно ударно, спасали развалины Серого от эпидемии.
У палатки рядом вышел покурить мужичок в синем бронике с маркером «ПРЕССА». Лицо журналиста показалось знакомым — под полтос, бледноватое плоское да лысое в очках. Где же… Точно, в зеркале. Он должен был встречаться с Оскалом на Альфе, вербовать его против Республики. Агент Кошеса с ксивами Лилит. Интересно кого он тут охмуряет… Подошли к нему втроем поближе.
— Дейв? Привет, дружище! — Я кивнул на него Гепе, — Ты представляешь кого мы поймали? Это же джек-пот!
— Подождите! — мужичок, странно повел перед своим лицом рукой, вставив в меня неожиданно твердый и тяжелый взгляд, — Не выдавайте меня. Мы можем договориться.
— Можем, — я лениво отвернулся в синее жаркое небо, отцепив на всякий случай от его взгляда глаза, — но это очень дорого.
— Денег хватит.
— Мы благородные волки, чувак, у нас более высокие ценности в почете, — я искоса подсмотрел за его ладошкой, приколдовывает подлец, нахватался по мелочи где-то джедайских штучек, — Нам надо тело Клюва в целости и сохранности доставить в Железнорудск для последних почестей.
— Это нереально, — Мужичок, посерел лицом, искренне не веря в возможность такого дела, — И я сейчас не могу связаться ни с Кошесом ни с Лилит, чтобы они продавили вопрос.
— Узнай хотя бы где искать.
«Журналист» кивнул и пошел в палатку, мы за ним. Там пили воду из бутылочек его товарищи с камерой и прочим. Полноценная съемочная группа. Дейв с кем-то активно чатился в телефоне, опасливо глядя, как за спиной у него горой высится Гепард, играя в руке пистолетом.
— 2-я штурмовая бригада, остатки точней. Они выбивали горных волков с авиабазы. Значит и тело у них. Полковник Жало, сейчас уже в двухстах км от Серого, идет маршем на северо-запад к своим. Пока никому про трофей не говорил. Хочет, наверное, своему Верховному подарок сделать.
— Молодец, Дейв! — Я тронул его за плечо, почувствовал его, может, ссучившийся джедай… Мало ли кто из наших как выживает. Но работать на Кошеса это перебор. Хотя Радость же работает… — Теперь давай нам свои ксивы, вертолет и пилота. Это же ваш стоял ВИП семиместный голубенький на площадке? Не дрейфь, с тобой Гепа останется, присмотрит. Если мы не вернемся, он тебя пристрелит. А, Гепа?