Врубил в проигрывателе какое-то мучительное и небыстрое, но очень целеустремленное болеро, разделся, уселся на край ванной, ожидая, когда она наполнится ледяной водой. Нырнул целиком, прижав затылок на дно. Сжался, слыша, как заколотилось сердце, как застрял вздох в околевшей груди и застыли мысли. Руки, вцепившись в края ванной готовились рывком вытащить идиота из этой морозилки, но Радость ждал…
Время остановилось, сквозь воду его взгляд встретился с желтым глазом лампы в стене. Рванулся и вылез, залив водой кафель на полу. Стоя в луже дрожал, смотрел в зеркало, обтекал, не вытираясь.
Накинув халат, вышел и пинками растолкал товарищей, сказав приходить в себя и готовиться. Будет бой.
Достал холодного кефира из холодильника, выхлебав полбутылки, отправился опорожнять желудок в сортир. Сидя в зеленоватом свете кабинки, листал в телефоне обстановку. Мехсому остались считанные дни, степень разложения в волчьих стаях достигла предела. Массовый суицид, неповиновение старшим, потасовки и перестрелки, возобновились разборки между бригадами.
— Эх, Тор, мальчик мой, вот, что ты выбрал. Вот как ты решил. Теперь пример Грома крутят в своих головах многие лидеры и предводители. Кто-то последует этому примеру.
Если не вмешиваться и дать ситуации развиваться естественным путем — Аханодин победил. Потеряв союзников на Бете, переждавшая войну Альфа год-два и постепенно ляжет под Гамму. Но уже сейчас опыт Администрации будет признан успешным, а Срок получит право и возможность применить его в масштабах Вселенной. Файл Страха уже сделал ему половину работы. К концу осени инсталлирует свое ПО, к весне соберет и возглавит Межгалактический Сенат, отодвинет Гилаца. Galaxy, наконец, построит таки свой мировой тоталитарный порядок, не удавшийся в свое время Грогу. Если Радость мудр, он позволит этому случиться, ведь жизнь его научила, что человечество хочет такой диктатуры и бессильно против своих страхов. Если не получилось у Грога, даже если не получится у Кошеса, однажды получится у кого-то следующего, это рано или поздно будет — человек станет овцой в стаде. Да и Вселенная однажды перестанет расширяться, растеряв инерцию Большого Взрыва. Все когда-то умрет. Человечество, возможно, прямо сейчас. По крайней мере перестанет быть человечеством. Не в силах старого одинокого волка остановить остывание Космоса.
За стенкой в ванной лилась вода, стенал Гепард и охал Скворец. Но если Радость решит, что он не мудрец, а джедай? Тогда им движет любовь. И куда она его движет? Достал из халата второй телефон и держал перед собой теперь два экрана — на одном фотка и контакт Ветки — на другом Лилит. Одна сидит сейчас забившись от страха под стол в офисе своей барыжьей ассоциации в Железнорудске. Дрожит и плачет, проклиная его и умоляя хоть кого-то спасти ее страну и планету. Вторая стоит на перекрестке миров в бескрайних снегах и взмахами рукавов своей шубы, заклинаниями на древнем языке, нагоняет на мир ледяные ветры ужаса, заковывает льдом, кандалами, бетонными стенами и тьмой. Очищает земли от скверны — от него и от всех, кто торчит, сверкает, движется, мечтает и алчет. Готовится закатать все в ровный серый асфальт катком своего Кошеса.
Привстал, повернувшись, проблевался, допил кефир и снова сел. Ни ту, ни другую ему уже не спасти. В смысле нельзя сохранить их любовь. Так-то Ветку можно уберечь если спасти Бету. В принципе, крах Кошеса будет спасением и для Лилит, но это смотря что именно понимать под «Лилит».
Кряхтя и морщась встал, слабыми ногами проследовав в кабинет к столу. — А можно ли спасти себя? Есть ли для Радости путь не обратно во тьму? Волчья жизнь его по любому отсчитывала последние дни. Он-то «сотрудничать» не сможет даже чисто клинически, этого неизлечимый диагноз. Да ему и не предложат, просто подождут, когда сдохнет. Бежать некуда толком, страх раздавит теперь везде, а пить столько невозможно — не то что Срок, — Белый прирежет или какая вообще шпана… Хотя может быть какое-то время безопасно под юбкой Лилит. Пока ее Срок не придет.
В телеке IGM уже красовался Гром, вещая, как это правильно и круто — сотрудничать с Администрацией. Намекал, что может стать Главой Администрации в Волчьих горах.
Власть и порядок выбрал Тор. Я-то что выберу? — Радость выдохнул и взял тот телефон, где чернобровая и томная смотрела нагло и уверенно леди Маринез. Вспомнил ее ноги и бедра, запах лобка и подмышек, шум в голове от ее взгляда. Отправил ей две цифры «10».