Я достал свои бланки и стал показывать их Стасу и что-то говорить. Я нес полную чушь, читал, что на них написано и иногда спрашивал, где она. Стас тут же смекнул, что к чему, и стал кивать головой, слушая меня, а затем останавливая и говоря что-то вроде «Да, точно! Можно сделать так» или «Ну нет, это не пойдет. Я на это не соглашусь». А сам он в это время смотрел, куда идет женщина и шепотом говорил мне. Затем мы снова склонялись над бумагами и медленно брели дальше. План был что надо, как раз для таких идиотов как мы.
Однако идти нам пришлось не так далеко, как мы думали. Женщина миновала восьмой дом, затем пятый и свернула на тротуар у третьего дома. По нему она прошла до центрального подъезда под номером три и зашла в него. Мы переглянулись и кинулись следом. Когда мы попали внутрь, стук ее каблуков раздавался на этаж выше нас. Мы медленно стали подниматься вверх. Каблуки смолки на третьем этаже – спасибо тебе, Господи, за каблуки – и раздался звук открываемого замка. Я быстро и как мог тихо кинулся следом и успел заметить, как закрылась дверь номер тридцать пять.
Уже не скрываясь, я спустился вниз, где меня поджидал Стас и улыбнулся ему:
- Теперь у нас есть адрес дружище.
- Точно, - подтвердил он и протянул меня руку.
Мы хлопнули в ладоши, и вышли на улицу.
- Ну что теперь? – спросил он.
- Теперь нам надо сделать необдуманный шаг, - ответил я, повернувшись к нему. – Вернемся в штаб, чтобы дождаться там Саню с Серегой.
- Черт, - выругался Стас. – Жаль с ними никак не связаться.
- Да, - вздохнул я. – В нашем мире мобильники есть только у Малдера и Скалли.
Когда мы добрались до штаба, то застали Серегу и Саню в довольно скверном расположении духа. Как оказалось, они уже с полчаса ждут нас. Их отделение закрылось ровно в пять вечера и им ничего не оставалось, как сесть на скутер и двигать обратно. Это оказались самые бесцельно потраченные два часа в их жизнях (эх, это они еще два часа по телефону не болтали). Мало того, что нужная женщина так и не явилась, так еще и ручку с почты кто-то уволок, и им пришлось обратиться к сотрудникам за помощью. Им объяснили, что если требуется ручка, то им стоит за нее заплатить. Так они приобрели себе самую дешевую ручку по цене пачки сигарет и на сдачу получили несколько недоверчивых взглядов.
- Все время, что я там сидел, эта жаба пялилась на меня и недовольно ворчала, - возмущался Саня, размахивая руками. – Представляешь, она делал это ровно с такой громкостью, чтобы я мог ее расслышать. Вроде бы и тихо очень, но при этом достаточно громко. Это требование при приеме на работу что ли?
Он закончил буянить и улегся на диван. Взглянув на нас, он спросил:
- Ну а у вас как дела?
Мы со Стасом с улыбкой переглянулись.
- Мы нашил ее брат, - ответил я.
- Что? – Саня даже вскочил с места. – Нашли? Серьезно?
- Серьезно, - подтвердил Стас. – Рождественская 3, квартира 35.
Саня вскинул руки к потолку, словно благодаря бога. Серега усмехнулся этому жесту. Видимо не очень-то он верил во вмешательство высших сил, как, наверное, и в их существование.
- Ну что мы теперь будем делать? – спросил Саня после недолгого празднования победы, пока мы со Стасом рассказывали им свою историю слежки. – Выясним, сколько человек живет в семье?
- Точно, - подхватил Серега. – Только, наверное, это практически невозможно.
- Отчего же, - не согласился я. – Кто-то из нас мог бы притвориться курьером, взяв вон ту коробку FedEx, что мы со свалки притащили, и повторить сценку с почтовым отделением.
- Типа, им пришла посылка на такую-то фамилию и такой-то адрес, - стал додумывать за меня Стас. – Чтобы ее получить, должен расписаться такой-то человек. Но если они скажут, что таких здесь нет?
- Тогда, можно было бы спросить: «А что насчет вашего мужа?», - подсказал я. – Если бы она сказала, что его зовут не так или, что мужа у нее нет, то мы бы все сразу поняли. Так же можно было бы и с детьми, хотя это и выглядело бы странно. Вряд ли дети заказывают посылки посредством, не существующего в нашей стране, отделения FedEx. Но да это и не важно. Нам нет необходимости знать точное число человек в их семье.
- Почему это? – насторожился Серега.