- Стреляй, - лишь повторил он, но уже спокойно.
Девушка оглянулась и как раз вовремя, потому что вновь сформированный хобот уже потянулся к ней. Она взвела курок и выстрелила. На это ушло не больше секунды. Вороны взорвались противными криками похожими на крики маленьких детей.
Скутер свернул на Рождественскую и полетел по хорошо знакомой дороге. Саня направлялся в штаб, потому как только там он сможет найти спасение. Он не знал, почему так решил, ответ пришел сам собой. Просто всплыл в его голове и показался единственно верным.
- Там пустырь, - кричала девчонка. – Там ничего нет.
Ее крик разбавил выстрел. Это был уже третий.
- Не только, - усмехнулся мой брат. Ухмылка вышла жутковатой.
- Заброшенная стройка. Там ничего нет. – Снова выстрел. Слишком скоро. Видимо вороны стали нападать активнее, словно... почувствовали, что их жертвы уходят. Значит они на верном пути.
Саня обогнул деревянные дома и влетел на гравийку. И тут его сердце наполнилось теплом, а губы растянулись в широкой улыбке. На пороге нашего подъезда стояли мы трое – Стас, Серега и я, и в наших руках ярким огнем горели факелы, которыми мы размахивали над головами, привлекая их внимание.
Саня влетел на подъездную дорожку перед домом, и скутер завалился на бок. Несколько метров они прокатились по земле и замерли перед нами. Хобот смерча опустился сверху.
- Давай, - закричал я, и мы подняли баллончики с освежителем воздуха. Знаю, это крайне опасно, безрассудно и небрежно, но нам ничего больше не оставалось. Все разом мы надавили на клапаны, и огромные струи огня взметнулись навстречу смерчу. Земля превратилась в ад в эту минуту. Хвост этого смерча запылал в первые секунды. Мы отшатнулись назад, вытаскивая брата и девчонку из-под скутера. Затем занялось все тело смерча. Огромная огненная воронка вращалась перед нами в небе, чуть-чуть не касаясь земли. Ну а когда заполыхали небеса, мы в ужасе упали на колени и, обнявшись, прикрыли головы руками.
Во вспышке яркого света все закончилось. Огонь исчез, воронка исчезла и только падающие с неба перья напоминали о пережитом ужасе.
Я поднялся на ноги и подошел к брату.
- Ты как в порядке? – спросил я, поднимая его.
- Нормально, нормально... - пыхтел брат.
- А ты? – я перевел взгляд на девчонку.
Она крепко сжала губы, но все равно кивнула. Я посмотрел на пацанов и они кивнули в ответ. Подойдя к скутеру, я поднял его и установил на подставку. Из выхлопной трубы что-то торчало. Я наклонился.
Когда я выпрямился, то все увидели, что я за самый край крыла сжимал огромную тушку ворона. Мертвого ворона.
- Только приоткрыл я ставни – вышел ворон стародавний, шумно оправляя траур оперенья своего; без поклона, важно, гордо, выступил он чинно, твердо; с видом леди или лорда у порога моего, над дверьми на бюст Паллады у порога моего сел – и больше ничего, - мрачно произнес я, разглядывая мертвую, но все же величественную птицу.
- Слушай, ворон, давайте уберемся отсюда подальше, - предложила девочка глядя на меня как на ненормального.
Я кивнул, и пацаны повели ее внутрь, не заметив, как я вздрогнул при звуке имени, которым меня назвала девчонка. Саня подошел ко мне. В руках он сжимал пистолет.
- Брось его на землю, брат, - попросил он.
Я удивился такой просьбе, но все же выполнили ее. Саня поднял пистолет, взвел курок и выстрелил в ворона. Последняя пустая гильза полетела в кусты.
- Ты что делаешь? – закричал я, закрывая глаза и натягивая футболку на нос.
- А ты сам посмотри, - коротко ответил он.
Я неуверенно открыл глаза и взглянул на птицу, которая разлагалась на глазах, словно ее прожигала кислота.
- Газ не мог такое сделать с птицей, - уверенно заметил я.
- С обычной, - вставил Саня и медленно двинулся к штабу.
Я минуту смотрел, как птица медленно тлела, пока она полностью не исчезла.
- «Это знак, чтобы ты оставил дом мой, птица или дьявол! – Я, вскочив, воскликнул: - С бурей уносись в ночной простор, не оставив здесь однако черного пера как знака лжи, что ты принес из мрака! С бюста траурный убор скинь, и клюв твой вынь из сердца! Прочь лети в ночной простор!»
Я поднял взгляд к чернеющему небу, с которого все еще падали перья и закончил:
- Каркнул Ворон: «Nevermore!».
11 - «+1».
Когда я вошел в комнату Наташка рассматривала стены нашего штаба, а пацаны открыв рот рассматривали ее отставленный зад. Саня боролся с затворной задержкой пистолета, и пока явно выигрывала она.
- Все вороны исчезли, - доложил я, выглядывая в единственное окно. Перьев по эту сторону не было. Странно. – Нет ни запаха гари, ни пепла.
- Ну и... хрен с ними... - пыхтел брат, дергая затвор.