Мать хватилась сына спустя час, как он ушел из дома. Она позвонила мужу на работу так как не нашла его на своей улице, не смогла найти и на соседней. Отец Пети прилетел, словно вихрь, спустя пятнадцать минут. Он бросил машину прямо в центре дороги и кинулся искать сына. На их крики стали выходить соседи, спрашивая, что случилось. Получая ответы, они в ужасе вздыхали и приступали к поискам. Пожалуй, каждый из них задумывался, где следует поискать, но не говорил этого вслух, ведь означать это могло только одно.
На исходе второго часа отец уверенным шагом, словно скала, двинулся к старому дому. Его не смогли остановить, ни родные, ни друзья. Все знали, какие слухи ходили вокруг дома, все слышали эти страшные истории, но все молчали и просто обходили дом стороной. Отцу Пети было плевать на все. Он вошел в дом, выбив дверь ногой, громко зовя сына. Ему никто не отвечал. За ним никто не пошел. Все столпились возле калитки дома, что болталась на одной петле и нервно поглядывали на черные окна. Как раз начала собираться буря и многие стали расходиться, ссылаясь на то, что мальчик играет где-нибудь в другом месте и вернется домой до бури.
Остановил всех громкий крик отца мальчика, который сорвался на рыдания и громкие причитания. Люди переглянулись, но войти не решились. И только когда отец Пети закричал: «Мой сынок, мой малыш», - они кинулись в дом. Отца нашли на кухне. Он стоял на коленях и громко рыдал, а прямо над ним раскачивалось мертвое тело мальчика повешенного на старом кожаном ремне. Он висел рядом с дверью, а взгляд его пустых глаз был обращен к единственному окну. Конечно все без слов признали в мальчике Петю, но вот только Петя этот был года на три старше того мальчика, что покинул два часа назад родной дом сказав матери, что идет погулять. Этот мальчик имел длинные грязные светлые волосы, словно пещерный человек, и одет был в лохмотья, в которых с трудом угадывалась одежда Пети.
Вечером этого дня родителям сообщили, что мальчик умер не насильственной смертью. Его никто не убивал и он сам повесился. А еще им сказали, что возраст ребенка никак не восемь лет. Что это тело принадлежит одиннадцатилетнему мальчику. А еще им сказали, что это тело точно принадлежит Пети. А еще они сказали, что понятия не имеют как это возможно. А еще им сказали, что их сын умер два дня назад.
Буря в этот день разразилась страшная и повалила несколько деревьев, повредив линии электропередач и оставив весь город без света.
5 - Восемь лет спустя.
Июль 1993.
Я медленно пробирался между деревьев стараясь не шуметь. Мне совсем не хотелось, чтобы меня заметили раньше времени. Ситуация была плачевная, но сдаваться я не любил. Не любил тогда, не люблю и сейчас. Но признаться, бывают ситуации, когда тебя обложили со всех сторон, и нет ни шанса спастись или как-то изменить ход событий. В такие моменты руки опускаются, и хочется поскорее все закончить. Сопротивление становилось пустой тратой времени. А больше чем сдаваться, я терпеть не мог попусту терять время.
Я проверил магазин своей M-4. Он был пуст. Патронов не осталось, и винтовка превратилась в весьма дорогую дубинку.
- Черт, – выдохнул я, отбрасывая ставшее бесполезным оружие в сторону.
Слева тихо затрещали кусты. Я сильнее вжался в ствол дерева и затаил дыхание. Треск сменился тихим шорохом, словно кто-то пробирается сквозь густую листву. У меня оставались два черных Кольта «Миротворца» пристегнутые к бедрам на манер ковбоев с Дикого Запада. Я достал один из них и взвел курок, поднеся револьвер к лицу. Отодвинув листья, я увидел человека в камуфляже, он пробирался мимо меня, низко пригибаясь к земле. Не думаю, что он что-то услышал, скорее, только почувствовал, как холодное дуло кольта уперлось ему в шею.
- Спокойно, – тихо произнес я. – Не дергайся, и мы оба уйдем отсюда живыми.
Он нервно сжал пулемет с длинной патронной лентой и оглянулся.
- Ты кто такой? – спросил он так же шепотом.
- Кто я? Это кто ты?
- Я первый спросил.
Я устало закатил глаза, но принял его доводы.
- Я из Лэнгли.
- Откуда?
- Лэнгли, Вирджиния.
Он продолжал непонимающе на меня смотреть и глупо хлопать глазами.
- ЦРУ, – пришлось пояснить мне.
- О, так вот оно что.
- Меня зовут агент... ну... Малдер. – Я виновато скривился и развел руки.
- Малдер? Серьезно? – усмехнулся он, шмыгая носом. – Ничего лучше придумать не смог?