- Что все ОК, - облегченно вздохнул я. – Они меня прикрыли.
- Да, это все, конечно, хорошо, но что делать дальше? – Стас оглянулся на автомобиль и широко зевнул.
- Погнали к твоему знакомому.
- Погнали... а долго туда добираться?
- Ну-у-у... - я задумчиво почесал затылок. – Может полчаса, может больше. Ночь на дворе, а я третий раз за рулем.
- Да-да, - энергично закивал головой Стас, словно не он сладко зевал минуту назад. – Лучше, медленнее, но живыми.
Кивнув, я открыл дверцу со стороны водителя и опустился на сидение; кожа приятно заскрипела под весом моего тела. Стас забрался в салон и зябко поежился: к ночи температура заметно снизилась, опустившись градусов до пяти, а мы совершенно не были к такому готовы, и я имею в виду не снижение температуры воздуха, а к ночной прогулке. Одеты мы были в обычные кенгурушки, что хороши поздней весной, но только не ночами, когда еще может выпасть снег. Да-да, именно снег. Ну а что вы хотели, это же Сибирь, помните?
И тут я вдруг схватился руками за голову и наткнулся на колючки своих волос. Мои глаза медленно поползи на лоб. Я стал осматривать салон, а затем вышел на улицу и принялся выискивать ее на земле.
- Что? Что такое? – крикнул мне в спину озадаченный Стас.
- Моя кепка... - бормотал я. – Где моя кепка?
- Кепка?
- Да, кепка «Пингвинов», где она?
Стас тоже опустил взгляд и принялся осматривать землю, а затем замер и с жалостью посмотрел на меня.
- Когда мы приехали сюда, кепки у тебя уже не было, - произнес он вслух то, что я и так уже знал, только не хотел признавать.
- Ты уверен? – Какие-то крохи надежды у меня еще были.
- Да, уверен. – Стас указал рукой на «зиппо» в чехле на моем ремне. – Когда ты мне давал прикурить, я взглянул на тебя, чтобы понять страшно ли тебе... - он развел руками. – Вот тогда и заметил, что ты без своей кепки, но подумал, что она в машине лежит.
- Нет, не лежит... - Я обреченно выдохнул: ну где я еще смогу достать кепку «Пингвинов» в нашем городке? Эту мне привезла моя тетя, Санина мама. Она часто нам привозила интересные вещички, что не достать в городе и даже записи клипов с иностранных каналов, которые у нас в стране в те времена еще не начали крутить.
- Хочешь вернуться? – холодея внутри, спросил Стас.
Я бросил взгляд на заснувший город под нами и устало вздохнул:
- Нет, это может быть опасно, да и времени у нас нет.
- Тогда поехали, а? Найдем мы тебе еще одну кепку с пингвином.
- С «Пингвинами», - поправил я.
- Но там же один пингвин.
Стас не смотрел хоккей, и вряд ли вообще знал, что такое НХЛ, потому поправлять его смысла не было. Конечно, я бы мог начать долгий рассказ о том, как посмотрел хоккей впервые, как увлекся игрой, а затем перейти к играм НХЛ, которые увидеть у нас можно было только в записи, и наконец, добраться до «Пингвинов». Однако на то у меня не было ни времени, ни желания, ни сил. Я просто махнул рукой, и мы снова забрались в салон.
Вставив ключ в замок зажигания, я обратился к другу:
- Может, на этот раз пристегнем ремни?
- Это хорошая идея, - согласился он и принялся натягивать ремень на себя.
Когда с обычным ритуалом было покончено, я запустил двигатель, снова поразившись тому, как легко и как тихо он запустился. После нашего «москвиченка» - просто музыка для ушей. Опустив рычаг ручного тормоза, я сдал назад и выехал на дорогу. На этот раз глядя на приборную панель я включил переднюю передачу и, выкрутив руль, вывел машину на асфальт, осветив фарами городскую стелу. Нашего клада не было видно даже в ярком свете автомобильных фар.
Ехали мы в основном молча. Отчасти на это влияло все то, что мы пережили за ночь, а отчасти и сам фак наступления ночи. Я не знаю таких людей, которые становятся активнее в темное время суток, а вы?
Дорога тут была одна, и свернуть не туда мы попросту не могли. А ехать все время вперед порою бывает тоскливо. Через пять минут мы проехали Иршу, и я решил включить дальний свет. Это помогло мне повысить скорость до семидесяти километров в час. Даже в такой машине как эта я все равно чувствовал себя неуверенно, нервно сжимая руль вспотевшими ладонями. Я просто боялся ехать быстрее, все же у меня не так много опыта вождения, тем более в такое темное время суток.
Стас какое-то время пытался рассматривать пейзаж за окном, тот, что успевал попасть в яркий конус света перед капотом автомобиля, но ему быстро это наскучило, и он снова принялся зевать во весь рот. Меня это раздражало, потому как отвлекало и заставляло зевать вместе с ним. Сонливость моего друга передалась и мне и глаза начали предательски смыкаться. Мне приходилось постоянно мотать головой, чтобы не уснуть. Я считаю, что это обратная сторона адреналина - вот эта вот тяжкая сонливость, что неизменно наступает после его объемного выброса в кровь. Пусть меня поправят медики, если я не прав.