Выбрать главу

- Вас спасли?

- Ну как видишь. – Старик рассмеялся. – Я же сижу перед тобой. Да и выстрелы не особо-то скроешь от остальных.

- А солдата того? Стивена? – Я даже вытянулся вперед, забыв о шкатулке.

- Его тоже спасли, только нас развели по своим лагерям, и мы больше не виделись.

- Он выжил?

- Да, как я узнал потом. – Старик сменил положение в кресле, и шкатулка снова напомнила о себе, отправив солнечного зайчика прямиком мне в глаз. – Но узнал только лет сорок спустя.

Старик перевел дыхание и продолжил с легкой улыбкой:

- Я встретил его, открыв свою входную дверь этой вот самой квартиры. Это было начало девяностых или конец восьмидесятых, когда он постучал ко мне в дверь. Он уже был седым стариком, но я узнал его, как и он узнал меня. Я видел как слезы застыли на его глазах и как затряслись губы. Он уже не мог нормально передвигаться сам – сказалась травма ноги от фашисткой пули, его поддерживал молодой человек. Как я узнал впоследствии – его сын. Я впустил его в дом, мы долго обнимались и расспрашивали как друг у друга дела. Представляешь, он выучил русский, говорил довольно бегло.

Я кивнул головой и улыбнулся, слыша с каким трепетом и каким теплом старый фотограф, рассказывает об этой встрече.

- Оказалось, что он искал меня практически все эти полвека. Он хотел найти меня и наконец-то сказать спасибо, отблагодарить меня за то, что он увидел своего сына, что ему удалось понянчить внуков. Он потратил всю свою жизнь, чтобы найти простого русского солдата. И он смог это сделать. - Из глаз старика покатились слезы. – Чокнутый американский сукин сын смог это сделать. Уже на костылях, уже еле двигающийся, он все же нашел меня, чтобы вручить мне это.

Старик подвинул шкатулку ближе ко мне.

- Он сказал, что у него нет ничего ценного, что могло бы сравниться с радостью жизни, его великолепной жизни, но эта вещь. – Старик покачал головой и вытер слезы. – Эта вещь особая. Она принадлежала его отцу, как и отцу его отца до этого. Открой.

Я осторожно принял шкатулку и трясущейся рукой приподнял крышку, слыша радостное гудение еще одного голоса в моей голове. Мощный импульс сравнимый по силе с оргазмом пронзил мое тело.

- Он не предназначен, чтобы даровать жизнь, но стал символом жизни для нас, - торжественно произнес старик. – Он спас жизнь его деду, спас отцу. Я спас его жизнь, и Стиви подарил его мне, как символ надежды. И вот теперь я дарю его тебе, за то, что ты спас мою жизнь. Ты понимаешь меня?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я сглотнул ком в горле и кивнул. Но старику этого было недостаточно, он схватил меня за подбородок и понял голову, чтобы взглянуть мне в глаза.

- Он не символ смерти отныне, но символ жизни. Не забирать, а даровать, он призван. Ты меня понял?

- Да. – Я уверенно кивнул головой и опустил взгляд. Голос в моей голове сменился с триумфального крика на нежный шепот. В шкатулке на красном бархате лежал черный с коричневыми «щечками» рукояти Colt Single Action Army больше известный во всем мире как «Peacemaker» или «Миротворец».

Я аккуратно достал его из шкатулки и взял в правую руку, положив большой палец на курок.

- Это... - начал, было, старик, но я его прервал.

- Кольт «Миротворец» сорок пятого калибра, пять с половиной дюймов. – Я покрутил пистолет и взглянул на номер. – Первого поколения?

- Да, - кивнул старик с улыбкой. – Его все время поддерживали в форме. Можешь поверить, он не даст осечки.

- О, я вам верю. – Я поставил курок на полувзвод, затем на боевое положение и вернул его на место, отведя до конца и нажав на спусковой крючок. Затем я вновь поставил его на полувзвод и открыл крышку барабана. Он был пустым. Естественно, вряд ли бы фотограф стал заряжать его, пока не убедился бы, что я не стану стрелять из него по людям. Я крутанул барабан, и он быстро завертелся с умопомрачительным звуком вызывающим слуховой оргазм.

- Я вижу, ты уже знаком с этим кольтом? – поинтересовался старичок.

- Только из книг, фильмов и передач. В руках я его держу впервые. – Я снова крутанул барабан, а затем взвел и спустил курок. – Господи, ну до чего же приятный звук.

Старик пожевал губы и, прищурившись, протянул мне коробочку патронов. Это была не магазинная коробка, обычная, самодельная. Я понял, что она с патронами, только потому, что она была приоткрыта. Я достал один и присмотрелся.