Так о чем это я? Ах да, Саня... он торчал в школе и выполнял все эти зверские поручения. Освободиться он должен был после трех. Наташка тоже пока была в школе и, как ни странно, по той же причине. Вот потому-то я и пребывал в штабе в гордом одиночестве, пуская дым в окно и разглядывая собирающиеся под домом лужи. И не смотря на одиночество, я чувствовал себя прекрасно. Только что сдал все экзамены и теперь мог валять дурака все лето. А теперь еще дождь усиливался, грозя перерасти в настоящий ливень – ну что может быть лучше? Разве что если вдали начнут раздаваться громкие раскаты грома, а небеса расчертят яркие языки молний.
За спиной простучали легкие шаги. Я решил, что это уже пацаны пришли и повернулся, чтобы приветствовать их.
- Вы чего так рано? – спросил я и с удивлением заметил, как в комнату вошла Гретель, прикрыв дверь-решетку за собой.
- Привет, капитан, - как ни в чем не бывало, произнесла она, прямым ходом направляясь к моему любимому креслу.
- Ты откуда тут? – Я удивленно наблюдал как она села в кресло, скидывая свои кроссовки и бросая их в сторону двери.
- И я рада тебя видеть, - промурлыкала Гретель, устраиваясь в кресле с ногами.
- Могу я повторить свой вопрос?
- Валяй, – кивнула девчонка.
- Ты тут откуда?
- Ножками пришла.
Я вздохнул и закатил глаза. Эти девчонки, точно меня доконают.
- Я не о том. Как ты узнала об этом месте?
- Дак я просто следила за тобой. – Гретель зевнула и потерла глаза.
- Следила... какого черта? – Я даже не знал удивляться мне или уже начинать злиться. Хотя зная Гретель удивляться смысла не было. Она и не на такое способна.
- Слушай, я тут не за этим. – Гретель подняла руку в воздух, запрещая мне говорить дальше, и покачала ей. – Нет-нет-нет, непослушный капитан Тич, молчи-молчи.
Молчать-молчать? С какой это стати я должен молчать-молчать? Это все же мой дом и я тут диктую свои условия.
- А-а, нет, - покачала пальчиком Гретель, когда я уже собирался открыть рот и начать возражать. – Будь хорошим капитаном Тичем, и я расскажу тебе кое-что о Папаше.
Как открылся, так же быстро мой рот и закрылся. Вот уж что я действительно хотел услышать. Папаша меня игнорировал уже третью неделю, и это начинало меня пугать. Что за план у него был? Что за жестокое наказание он для меня придумал? Сколько денег он потребует? Все это не давало мне покоя последние дни.
Я сел на диван:
- Что ты знаешь?
Гретель кивнула и, улыбнувшись, склонила голову. Ее глаза налились ярким изумрудным цветом, прямо как листва деревьев после дождя. Я поймал себя на мысли, что совсем не разговаривать я с ней хочу.
- Хороший капитан, - снова промурлыкала Гретель. – Так вот, я выяснила, что один полоумный маньяк вместе со своим дружком решил напасть на Папашину нычку, около месяца назад. Они избили парней, что там тусовались, угнали набитую драгоценностями машину, и в довершения всего перевернули бочку, в которой горел огонь и сожгли к чертям собачьим его гараж, где он, кстати, хранил свои запасы.
Гретель замолчала и иронично посмотрела на меня.
- Погоди, мы ничего не сжигали... - Я замолчал, и мои глаза полезли на лоб. – Погоди-погоди! – Я вскочил с места и стал бегать по комнате. – Ты хочешь сказать, что это мы тогда у Папаши машину угнали?
Гретель кивнула.
- Значит, он устраивал все эти кражи в городе? Это его рук дело?
Девочка снова кивнула.
- Но если это так... - Я сделал еще одни круг и замер напротив кресла. – Выходит... что он отец чуркахача? Ведь это был гараж чурок... чуркораж... или хачераж, не помню как правильно...
- Да, все это так, - снова закивала Гретель.
За окном что-то упало и покатилось со склона перед домом. Я выглянул в окно скорее для того, чтобы проветрить голову, чем в поисках источника звука. Конечно, я ничего не увидел – это просто усиливающийся дождь скинул вниз несколько камней. Я вернулся на диван и окинул Гретель удивленным взглядом. Именно в этот момент я чуть не задохнулся от удивления второй раз: пока девочка шла сюда под дождем, то успела полностью промокнуть. Она сидела с мокрыми волосами, и тоненькие струйки воды скатывались по ее лицу. А еще я заметил, что белое платьице неплохо просвечивает, когда промокает. Еще я заметил, что девочка не носит лифчик, хотя оно и понятно – незачем. Ну и в довершении всего я заметил, что она этого не заметила, и я мог вдоволь таращиться на маленькие темные кружочки сосков под мокрой материей.