- Что такое? – спросил Саня, от которого не могли скрыться и мельчайшие изменения в моем поведении.
Я не ответил и продолжал водить фонариком по кругу, оглядывая видимые комнаты и коридоры. Видите ли, я заметил одну странность – тьма не была абсолютной, она даже не была похожа на обычную ночную темноту. Я не знаю, как вам это правильно объяснить. Ну, например вы знаете, что происходит, когда наступает ночь, верно? Краски блекнут, все цвета становятся лишь оттенками серого, предметы мебели превращаются в черные туманные тени самих себя. Если ночь лунная, то вы видите свет, бьющий из окна, призрачный, бледный, но все же свет. Тогда ориентироваться в темной квартире становится проще. Если луны нет, то могут спасти уличные фонари, но это при условии, что вы живете на первых этажах. Во всех остальных случаях, вы слепо идете по квартире, надеясь на свою интуицию и память, что помогут вам найти дверь туалета и не налететь на угол стола. Иногда это получается, иногда нет, но дело не в этом, а в том, что даже привыкшие к отсутствию освещения глаза, не могут в точности различать объекты и все остальное, как всегда, начинает дорисовывать воображение.
Так что же было не так с домом? Несмотря на отсутствие света, он все равно был освещен. Я мог с точностью до мелочей описать все предметы мебели, что были видны мне на кухне. Я четко различал выступы каждого порога, и даже серые лица людей с картин и фотографий. Это была не реальная темнота. Я бы назвал ее кинематографичной. Это очень похоже на освещение съемочной площадки: дом погружен в темноту, но снаружи он освещен десятками мощных прожекторов, что позволяют нам видеть на экране именно то, что мы видим – абсолютную темноту с хорошо различимыми объектами. Что-то подобное было и в этом доме, только за его пределами не пряталась бригада осветителей и съемочная группа во главе с недовольным режиссером.
- Да странно как-то, - ответил я брату.
- Тут все странно. Не уточнишь, о какой из странностей ты говоришь?
Я еще раз провел лучом фонаря по комнатам и затем направил его на своих друзей.
- Знаю, что сейчас скажу глупость, - медленно произнес я, в душе насмехаясь над собой, - и это самая большая ошибка всех героев и самое глупое клише кинематографа, но... - Я сделал свою любимую театральную паузу. – Нам надо разделиться.
Секунду стояла тишина, лица друзей выглядели белыми, как мел в свете фонариков, а затем Серега выкрикнул:
- Да вот уж с хрена лысого.
Никто даже не улыбнулся.
- Я понимаю, что это очень глупо, но так мы быстрее осмотрим первый этаж...
- Ты помнишь, что происходит с теми, кто отделяется от группы? – спросил Серега, задрав голову и скрестив руки на груди.
Я скривился.
- Вот-вот, - закивал он, проводя пальцем по шее. - Именно так – чирк и на тот свет.
- И черные всегда умирают первыми, - покачал головой Стас.
- И как это тебя-то касается? – Саня удивленно вскинул брови, посветив на друга.
- Ну, я смуглее вас всех.
Я закатил глаза к потолку и отметил про себя, что паутина исчезла. Декорации сменили, пока мы этого не видели, отвлекшись на темноту?
- Да-да, - вторила парням Наташка. – А девчонок ловят за ноги пока они одни и они вот так вот кричат. – Она завизжала, что было сил, размахивая руками.
Мы поспешили зажать ей рот.
- Тс-с-с, - зашипел я на нее.
- Не тсыкай мне тут, Андрей, я знаю, о чем говорю. – Наташка топнула ножкой и, сжав кулачки, уставилась на меня. – Девчонок ловят и убивают, но сначала насилуют. А иногда и убивают, а потом насилуют. Иногда и во время убийства насилуют или во время насилия убивают. В общем, что бы там ни было, меня сегодня точно изнасилуют.
Вот тут я уже не сдержался и тихо хмыкнул.
- Не волнуйся, малышка, мы не дадим тебя изнасиловать, - сжимая губы, чтобы скрыть улыбку пообещал я.
- Точно? – Наташка надула губки как капризный ребенок и скосила глаза.
- Точно-точно, мы никому не позволим. Только не кричи больше об изнасилованиях, хорошо?
- Хорошо, - согласилась девочка.
- Ладно, - кивнул я. – Предлагаю так: мы со Стасом идем и осматриваем кухню с комнатой за ней, а вы трое идете в зал. Когда закончите, осмотрите кладовую и коридорчик. Красную дверь пока не трогайте, идет?
Все согласно кивнули. Вот и хорошо, меньше мороки.
- Связь держим по рации, - продолжил я. – Когда закончите, сообщите. Встречаемся у вас перед красной дверью.