Харон провел рукой и в воздухе стали появляться фигуры людей. Не настоящие, призрачные.
- Душа, навсегда покинувшая бренно тело лишается всех чувс-с-ств и эмоций, которыми обладала при жизни. Это защитный механизм, он предотвращает непринятие с-с-смерти. Он лишает индивида привязанности к жизни, к вещам, к месту, к людям. Лишенная чувств душа спокойно принимает факт с-с-смерти земного тела и переходит в иную форму, с-с-согласно основам этого мира.
Я слушал очень внимательно, впитывал каждое его слово, но все больше и больше вопросов возникало в моей голове. Какая форма? Куда уходит душа? И если есть души и загробный мир, то получается, что есть жизнь после смерти? А если она есть, то почему Мир мертвых такой безжизненный?
- Лишенная эмоций и чувств душа с-с-становится прес-с-сной на вкус. – Харон разинул свою огромную пасть и высунул раздвоенный язык удивительно похожий на змеиный. – Я же люблю еду обильно с-с-сдобренную специями.
Он облизал клыки и рассмеялся. Брат толкнул меня локтем в бок и покачал головой. Пока я забалтывал Харона, он пытался отыскать Гретель в тумане, среди стеллажей, но кивком головы он показал, что ее нигде нет. По крайней мере, нет рядом с нами.
- Значит, ты их мучил только для того, чтобы удовлетворить свои гурманские потребности?
- Ес-с-сли вам будет угодно, - кивнул он. – Душа, пребывающая в пучине эмоций в момент с-с-смерти, сохраняет их и после. И чем сильнее эмоция, тем больше вероятность сохранить ее после с-с-смерти.
- Значит, ты доводил их до крайнего состояния и убивал, затем ловил душу и поедал ее? – подвел я итог.
- Пожрать душу невозможно по природе ее, - усмехнулся Харон. – С-с-стирается лишь ее личность, пережитый опыт, энергетический импульс переданный... в общем импульс. Остается лишь пустая оболочка.
Я огляделся по сторонам и обвел рукой неясные силуэты призраков без личины и формы, что бродили в тумане. Перевозчик кивнул, подтверждая мою догадку. Значит вот, что он сделал с душами убитых им людей.
- Ну а люди в доме? – спросил я. – Те души, что заперты в твоем доме?
Харон молчал и лишь смотрел на меня и потому я вынужден был отвечать сам:
- Это твоя коллекция, твои запасы еды, как мы храним в кладовой или в подвале. Ты не принадлежишь этому миру, верно?
Харон поморщился.
- Ты не принадлежишь миру мертвых, твое обиталище дом. Здесь ты можешь прибывать лишь на берегу, а с той стороны не можешь ступить и на берег. Ты собираешь души и запираешь их в доме, где они скитаются вечно, переживая моменты своей смерти, что позволяет сохранять им человеческие эмоции.
Перевозчик продолжал молчать, и это было красноречивее любых слов. Я понимал, что нащупал правильную нить и стоит тянуть за нее и дальше.
- Переживая свою смерть, они сохраняют вкус, верно? А запертые в клетке, не теряют человеческий разум. Они словно люди, лишенные телесных оболочек. Они не могут получить тот самый «импульс», о котором ты говорил, пока они заперты между мирами. Видимо одной душой ты можешь питаться годы, а то и больше, от того твоя коллекция растет. Тебе просто каждый раз хочется чего-то новенького, чего-то свежего. – Я улыбнулся и кивнул в его направлении. – Ты не так уж и сильно отличаешься от нас – людей.
Харон только цыкнул, что могло означать несогласие, и отвернулся, разглядывая медленно бредущие в тумане фигуры.
- Выходит эмоции и чувства, да? – Я дважды обошел кресло по кругу. Брат неустанно наблюдал за мной. – И чем сильнее чувство в момент смерти, тем больше вероятность его сохранить и после? Выходит именно так появляются призраки? Люди, наполненные злобой в момент смерти, да? Так появляются призраки?
- Призраки? – усмехнулся перевозчик. – Ты говориш-ш-шь призраки?
Он явно смеялся надо мной. Я застыл в недоумении. До этого все шло хорошо. Что же я сказал не так? Где ошибся?
- Не с-с-существует никаких призраков, чудовищ, вампиров и прочего, - все это выдумано человеком.
- Но как же то, что я видел... мы видели? – Я растерянно смотрел на брата, но Саня тоже ничего не понимал.
- Призраки не с-с-существуют в том виде, в котором вы их себе представляете, - пояснил Харон. – Души мертвых – это совсем другое дело. Они не могут застрять в вашем мире, потому как...
- Потому как не принадлежат ему, - выдохнул я, моментально поняв, что хочет сказать Харон.
- Не принадлежат, - подтвердил он. – Призраки, в которых вы верите, действительно с-с-существуют, но они не души ваших мертвых. Все они с-с-созданы умом человека, миллиарды лет назад. Как и я.
- Что? – воскликнул я, сжимая спинку кресла так, что побелели пальцы. – Миллиарды? Как такое возможно? Как... как? Это ведь... но это... что все это значит?