- И только-то? – Я уже который раз за этот день разочарованно посмотрел на Харона. – Я-то ждал большего, какой-то тайны... Ну а второй цикл?
- Открытие врат моего мира проис-с-сходит только четыре раза в год. – Харон провел рукой в воздухе, и перед нами возникла карта нашей системы с огромным солнцем в центре. – Это может произойти только в момент ос-с-собых астрономических с-с-событий. В эти дни происходит выброс больш-ш-шого количества энергии, достаточной, чтобы открыть врата миров.
Харон снова провел рукой и картина сменилась.
- Конечно, - продолжал он. – Непроизвольное открытие врат может произойти и в момент, когда мимо Земли пролетит крупная комета или ас-с-стероид. Равно как и в моменты ос-с-собо сильных метеоритных дождей и еще нескольких десятков ас-с-строномических явлений. Но полное открытие происходит лишь в двадцатых числах первого месяца каждого сезона.
- Но если врата открываются лишь четыре раза в год, то, что происходит с душами, что не успели туда попасть? Например, тех людей, что умерли после закрытия? – встрепенулся я. – Как они попадут в мир мертвых? Или они вынуждены будут скитаться по миру до следующего открытия?
- Это уже следующий вопрос, - рассмеялся Харон. – Что-то я не замечаю потери с-с-среди своих фигур.
- И почему все завязано на энергии космоса? – Я никак не мог остановиться, догадки в моей голове были одна смелее другой и одна другой безумнее.
- Фигуры, - подсказал Харон, постукивая по своему коню, которым он и сделал ход.
Я вынужден был смириться с неизвестностью, и потратить свой следующий шанс на то, чтобы узнать ответы или, задать более важные вопросы. Выбор был за мной, но выбор этот был слишком труден для меня.
Я опустил взгляд на свои фигуры и, глядя на то, как капли дождя разбиваются об их тела из слоновой кости и заливают доску небольшими лужицами, обреченно вздохнул, выпустив в ответ своего коня и нападая на ферзя. Харону пришлось отвести белого ферзя на две клетки назад, чтобы убрать из-под удара, и при этом он решил не нападать им на моего слона. Я сделал ход своей пешкой, а Харон вывел коня на клетку перед своим ферзем и оскалился.
Теперь в два хода он мог сделать шах моему королю, а если бы я им отступил на клетку вправо, то он вывел бы на ударную позицию ферзя и снова объявил бы мне шах. Отсюда и это мерзкое подобие улыбки на его лице. Я сделал ход конем и поставил его на клетку напротив белого коня. Белый ферзь сдвинулся на клетку по диагонали, нападая одновременно и на моего коня и на моего слона. Мне пришлось отвести своего коня, тем самым прервав нападение на него. Теперь если бы белый ферзь решил забрать черного коня, то его самого бы забрала пешка, что стояла снизу. Харон прохрипел что-то неразборчивое и выдвинул пешку, решив напасть на слона с другой стороны, раз уж ферзь оказался не удел.
Я тоже подвинул пешку, нападая на его коня, и в этот момент земля содрогнулась под нашими ногами, и раздавшийся гул заложил нам уши. Сжимая их руками, я стал искать глазами источник шума и сразу же его нашел: неясная огромная тень, видневшаяся сквозь густую пелену дождя возможно в километре от нас. Я никогда не видел ничего столь огромного и при этом столь живого. Я не видел его отчетливо, лишь неясный размытый силуэт. Это существо передвигалось на четырех ногах, каждая из которых размером с семнадцатиэтажный дом-свечку. И каждый его шаг сотрясал землю с такой силой, что кресла подпрыгивали на месте, а стеллажи с книгами и наши фигуры только чудом не падали.
- Господи, что это такое? – охнул Саня, пригибаясь к земле и закрывая голову руками – обычная реакция обычного человека, любой на его месте поступил бы также, даже невзирая на то, что это существо может раздавить тебя и даже не заметить этого.
Огромная лапа пролетела над нами в воздухе и опустилась где-то по другую сторону мертвых земель. Массивная туша на несколько секунд заслонила собой тот источник света, что заменял в этом царстве мертвых солнце. Огромная тень упала на нас. От ужаса я забыл, как говорить и просто продолжал смотреть на движение темных масс среди холодных струй воды. Вторая нога переступила через нас, и снова раздался ужасный гул, и существо завыло, издав глухой гортанный звук.
Вскоре оно медленно удалилось от нас на достаточное расстояние, чтобы стать простой размытой тенью вдалеке. И в этот момент я подумал, что странным было то, что тело твари не закрыло нас от льющего дождя.
- Что это было? – трясущимся от напряжения голосом, спросил я.
- Потусторонний, - отмахнулся Харон. – Обитатель этого мира. Не обращ-щ-щайте внимания.