Харон заревел и сидя на полу у кресла, поднял здоровую руку, шевеля длинными пальцами. В ту же секунду тьма в трещинах на земле запузырилась и стала выплескиваться наружу. С небес западали большие черные капли размером с футбольные мячи, сухая кора деревьев начала сочиться маслянистой жижей.
Что бы ни задумал перевозчик, это было направленно на то, чтобы остановить нас. Я снова вскинул револьвер и выстрелил второй раз. Пуля попала ему в голову и вскрыла эту черную черепушку как бутон розы, расплескав чернюшное содержимое по книжным стеллажам.
Черные лужи на земле начали обретать форму, превращаясь в один из кошмаров Дали: маслянистые головы с руками и огрызками тел. У существ не было ног, и они передвигались посредством рук, но с такой скоростью, на которую не были способны наши собаки. Штук пять маленьких головастиков тут же кинулись за Саней.
Он уже успел добраться до двери и потянуть ее на себя. Дверь открылась легко. В просвете я увидел знакомый мне темный коридор. Все шло прекрасно.
- Остановить его! – проревел Харон, корчась на земле. Ему не стало лучше, но я заметил, что голова постепенно склеивалась заново. Чего нельзя сказать о плече. Видимо дело было в том, что пуля в голове прошла навылет, а вот та, что попала в плечо, все еще оставалась там.
Что не принадлежит этому миру...
Саня кинулся в коридор, и дверь тут же пришла в движение, быстро закрываясь за ним. Головастики кинулись следом. Я успел сделать три выстрела и три головастика взорвались фонтанами нефтяных брызг. Двое смогли прорваться внутрь дома, когда дверь полностью закрылась.
Я повернулся к Харону, он смотрел на меня уже полностью склеенной головой и смеялся.
- Это ничего не меняет, - усмехнулся он. – Ты вс-с-се равно здесь и дверь уже не откроется. Ты никогда не выберешься отс-с-сюда.
- В этом твоя проблема, перевозчик, - ответил я. – Ты никогда не думаешь наперед и ты слишком самоуверен.
Я открыл дверцу барабана и, используя стержневой эжектор, я выбросил две гильзы на пол, но мне показалось это слишком долгим способом. Я просто перевернул кольт и тряс его, вращая барабан, пока не выпали остальные три. Как и полгалось «Миротворцу», у меня было заряжено только пять патронов.
- Вот как? – Харон медленно поднялся, опираясь на здоровою руку и принялся ковырять когтями в ране. – Прос-с-свети же меня, великий с-с-стратег.
- Я не собираюсь тебе ничего говорить, - ответил я, вставляя в каморы патрон за патроном, поворачивая барабан по часовой стрелке. На этот раз я зарядил шесть.
- Ты думаешь, ты с-с-слишком умный, - ворчал Харон, выковыривая пулю. – Ты думаешь, ты с-с-слишком сообразительный...
- Никогда за собой такого не замечал. – Я закрыл дверцу барабана и взвел курок.
Харон с ревом вытянул из раны искореженную пулю и бросил на землю. Она подняла облачко пыли, что тут же смещалось с туманом.
- Ес-с-сли не я доберусь до твоего брата, то это с-с-сделают порождения тьмы. – Харон тряхнул рукой и его кости срослись. – Никто с-с-сегодня не сможет выбраться отс-с-сюда.
- Напротив, перевозчик, сегодня я собираюсь тебя убить.
Подняв револьвер, я выстрелил дважды: пули попали в живот и левую часть груди. Харона откинуло на стеллаж и несколько книг упали на землю. Перевозчик взревел от боли, но сквозь этот рев я ясно слышал смех.
- Надееш-ш-шься убить меня этим? – смеялся он. – Этим? Меня?
- Почему бы и нет? – Я пожал плечами. – Пока неплохо работает.
Харон поднялся, опираясь спиной на стеллаж, и стал сверлить меня своим сверхчеловеческим взглядом. Дырки на его теле затягивались быстрее, чем первый раз. Черная плоть перевозчика выплюнула первую пулю на землю, и он усмехнулся.
- Кажется, это работает не так, как ты планировал? – иронично заметил он.
- Чем не повод нашпиговать тебя свинцом под завязку?
Харон нахмурил склизкий блестящий лоб и зашипел. Я опустил пистолет к бедру и выпустил в него весь барабан, с радостью отметив, что не промазал ни одним выстрелом. Хозяина дома с такой силой приложило о книжный стеллаж, что тот не выдержал его веса и перевернулся, засыпав своего владельца содержимым.
У меня было немного времени, чтобы перезарядить пистолет. Выбросив стреляные гильзы, я залез в карман за патронами и обнаружил, что осталось всего шесть. Это была плохая новость. Надеюсь, мне хватит.