Брат ждал меня чуть поодаль, вежливо дав нам время проститься.
- Знаешь, - сказал он, когда я подошел ближе. – А это ведь и правда, было удивительное приключение.
- Да, - согласился я. – Правда.
- Ты о нем не жалеешь?
- Как я могу? Благодаря ему я познакомился с Наташкой, познакомился с Гретель. Удивительная история.
- Вот и напиши об этом, - лукаво заметил Саня.
- А вот может быть и напишу! – Я схватил его за шею и принялся трепать волосы.
Мы начали спуск вниз, в город, где нас ждали наши друзья, наши семьи. Где нас ждали совсем другие счастливые дни. Где нас ждала совсем другая жизнь.
7
Год 2014.
В комнате повисла гробовая тишина: не звенели стаканы, вилки не царапали по тарелкам, тьма за окном способствовала отсутствию звуков с улицы. Никто ничего не говорил, никто не произносил ни звука. Лица друзей выглядели ошарашенными и слегка отстраненными, будто бы они до сих пор пребывали где-то на самой границе реальности и моего рассказа. Я был не против. Ну а какой рассказчик был бы против? На мой взгляд, это лучший комплимент, который можешь «не услышать» в свой адрес.
Я приподнял бокал виски и качнул им в сторону Оли. Девушка лишь слегка тряхнула головой. Так отмахиваются от назойливого комара, что уже битый час жужжит у тебя под ухом. Тогда я повернулся к Сане.
- Э-э-э... - Что-то невнятное пробормотал он и вяло покачал рукой.
Ну что же, хоть какая-то реакция. Может Настя? Я повернулся к девушке, что сидела справа от меня. Она даже не поднимала головы. Судя по взгляду, она была не на краю, а все еще в самой гуще событий рассказа. Ладно, оставим ее там.
Я взглянул на Васю: он пожал плечами и протянул свой стакан. Я легонько стукнул по нему и с улыбкой выпил – мой друг единственная константа в этом мире, единственный, в ком можно быть уверенным на все сто процентов.
Как это бывает обычно, новая порция виски пошла очень легко, словно вы пьете сок или что-то в этом роде. Вкусовые рецепторы уже не разбирают ничего, и вы просто глотаете алкоголь, не ощущая вкуса. Я уверен, что если бы мне подсунули сейчас стакан Джони Блю, я бы проглотил его и не понял, что за божественный напиток только что выпил. Ну а разве не в этом смысл пьянки? Напиться так, что перестаешь различать вкус, цвет, голоса и мир вокруг, воспринимая его как смазанное цветовое пятно, наполненное неразборчивым шумом. Нет? Ну ладно.
- Я... - начала было Оля, но тут же закрыла рот и опустила руку.
- Ну же, рыжик, давай, - поддержал я ее. – Скажи что-нибудь.
Оля внимательно на меня посмотрела и зашла на вторую попытку:
- Ты мне только одно скажи: это правда или ты просто выдумал эту историю для своей книги?
Взгляды всей четверки гостей моментально сместились к предмету, что все это время лежал в центре стола, привлекая к себе всеобщее внимание. Это была относительно толстая книга в черном переплете. Ни имени автора, ни названия книги, лишь черная, как сама ночь, обложка с изображением маленького мальчика, что сидел на корточках, схватившись за волосы. Его лицо отображало ужас. Корешок книги тоже был девственно чист и черен.
- Я отвечу тебе, перефразировав одну гениальную цитату из одной не менее гениальной книги, - ответил я с легкой улыбкой. – Конечно же, я выдумал эту историю для книги, но почему это не может быть правдой?
- Значит твой брат? – спросила Настя, указывая на книгу. – Он посоветовал тебе ее написать?
- Ага. – Я улыбался во весь рот.
- А он знает об этом?
- Еще нет. – Я печально отвел взгляд в сторону. – Тринадцать лет уже прошло. Мы давно не общаемся.
- У вас были столь близкие отношения, если верить твоим словам, - возмутилась Оля. – И вы больше не общаетесь?
Что тут скажешь? Она была права, но и я был в чем-то прав. Я не стал ей говорить обо всех проблемах, что у нас возникли, но и я тоже был, черт возьми, прав. Конечно, я жалел, что так вышло, жалел, что брата больше не было в моей жизни. Хотел бы я его вернуть? Безусловно. Отчасти этим и обусловлено мое стремление написать эту книгу.
- Ну что я могу сказать, рыжик. - Я поставил стакан на стол и смущенно почесал затылок. – Ты знаешь мое умение все портить.
- Это что ответ? – Оля изящно изогнула бровь.